— Не верю! Что еще вы мне приготовили? Пляски голышом на столе? Я все расскажу ректору, слышишь?
Вандерфилд так стремительно преодолел разделяющее нас пространство, что я вскрикнула. Его руки сжали мое лицо, как тогда, на реке, темные во мраке глаза смотрели с яростью.
— Слушай меня. Смотри на меня. Забудь меня. Ты никогда меня не видела. Никогда! Oblivis!
Он убрал руки и отступил на шаг.
— Похоже, сегодня звезды тоже не на твоей стороне, — насмешливо протянула я.
Лицо парня исказилось, и он ударил кулаком по столу.
— Почему на тебя это не действует? Это невозможно!
— Может, у тебя нет способностей? — съязвила я.
Он снова шагнул ко мне, навис. Хотелось попятиться, но я заставила себя стоять неподвижно, подняв голову.
— Мои способности превосходят даже то, что ты можешь себе представить, пустышка, — высокомерно произнес Вандерфилд.
— Прекрати называть меня так, — процедила я.
— Почему же? Ты и есть пустышка. Слабая, беззащитная девочка из Котловины, которая выгрызла себе место в ВСА, а теперь строит из себя невинность! Интересно, как ты получила должность моей поломойки?
— Я ничего не строю! И ничего не выгрызала!
— Ты с такой готовностью поддалась влиянию Ривза, что смотреть было противно! И раздевалась со знанием дела.
Видно, что этот процесс для тебя привычен. Понравилось? Хотела быстрее стащить с себя платье? Ривз мастер на такие штуки, а тебя, кажется, и принуждать не пришлось…
— Что? — опешила я. — Да как ты смеешь?!
Моя рука взлетела прежде, чем я успела подумать.
И припечаталась к щеке аристократа, оставляя белый след.
Вандерфилд обхватил мое запястье, сжал тисками. Его горло дернулось, губы сжались.
— За это можно на месяц угодить в казематы. Или за то, что обожгла меня. Знаешь закон о неприкосновенных?
— А на сколько угодишь ты, когда я расскажу о том, что ты столкнул меня в реку и оставил умирать? — бросила я ему в лицо. — Да, я лишь девушка из Котловины, но закон один для всех. И я могу здорово подпортить репутацию блистательному Эшу Вандерфилду!"
"Стальные пальцы сжались, причиняя мне боль.
— Ты не расскажешь, — очень тихо произнес он.
— В Магистерии меня спрашивали о том, как я упала, — я постаралась не скривиться от боли в запястье. — Я промолчала. Но могу и передумать!
— Почему тебя спрашивали об этом? — нахмурился парень.
— Потому что до падения у меня не было чар! Совсем! Я случайник!
— Что? — кажется, он опешил, а я удивилась.
