И уловила такое же движение навстречу. Теплый бок сообщителя нагрелся, и это был не мой жар. Хотя и мой тоже…
Сквозь мерцающие огни, поверх проплывающих глянцевых боков мобилей, через искрящихся странников, танцующих фей и спешащих прохожих мы смотрели друг на друга. Сжимали сообщители и жалели, что пальцы прикасаются лишь к дереву. Эш уже не улыбался, теперь в его взгляде было что-то иное, но назвать это чувство я пока не могла.
— Тина, посмотри, какие туфли я нашла! — Голос Ари заставил меня обернуться и растерянно взглянуть на подругу.
Та округлила глаза: — Ой, мне показалось, что там стоит Эш Вандерфилд! И смотрит на тебя! Мне же показалось, да?
Я неопределенно промычала что-то в ответ, скосив глаза в сторону. Эша у витрин уже не было.
* * *В день бала я спешно дошивала платье в своей башне. Накануне в холле ВСА появилась огромная надпись, сообщающая, что ужин и бал состоятся в большом танцевальном зале, где я еще ни разу не была. Академия притихла и затаилась, в воздухе остро пахло снегом, елью, сладостями, ожиданием чуда и предвкушением праздника.
С утра девушки заперлись в своих комнатах, пряча наряды и спешно сооружая прически, а парни придумали новую забаву. Они где-то раздобыли запечатлитель с кривыми зеркалами, это тот самый, который делает снимки, вот только люди на них выглядят пародией на самих себя. Пузатые, лохматые, с вытаращенными глазами или тонкими кривыми ножками-ручками.
Собираясь группами, любители пошутить пытались заглянуть в девичьи комнаты и запечатлеть прелестниц, чтобы после порадовать чудо-снимком.
Понятно, сами студентки рассматривать себя на кривых чарографиях не желали и потому награждали гогочущих парней воплями, криками и ушатами заклинаний. Студенты в ответ хохотали, словно взбесившиеся виверны, и выбирали комнату новой жертвы.
Зато в моей башне было тихо и спокойно, так что я даже на миг загрустила.
Отрез ткани я купила в Котловине. И теперь крутилась перед зеркалом, примеряя почти готовое темно-синее платье. Пришлось потратить на него несколько вечеров, зато сберегла сины! Конечно, я бы предпочла что-то более светлое или яркое, но на окраине носят практичные расцветки и плотные ткани.
И даже для праздника шьют такие платья, которые можно надеть и после Зимней ночи. Единственная уступка жителей окраины — это множество блестящих ниточек, которые мы вешаем на шею или заплетаем в волосы. Свои кудри я расчесала и заколола с одной стороны. Я выглядела хорошо, но… Но для Котловины.
А здесь, в Бездуш, все иначе.
