Судя по долгому, жуткому, насмешливому реву толпы, который становился явственнее в конце каждого поединка, зрителям не доводилось хорошенько полюбоваться проигрывающим в очередной схватке. Шотландцы явно не заслуживали даже редких вежливых аплодисментов…
Дженни вздрогнула – дверь спальни неожиданно распахнулась и ударилась о стену.
– Возьмите плащ, – угрожающе рявкнул Стефан Уэстморленд, – вы вернетесь на ристалище со мной, или я вас поволоку!
– Я не вернусь, – возразила Дженни, вновь оборачиваясь к окну.
– Я не имею желания веселиться, пока мой муж режет моих родичей на куски, или…
Стефан схватил ее за плечи, повернул к себе лицом, и слова его засвистели словно яростные удары хлыста.
– Я вам расскажу, что происходит! Там, на поле, погибает мой брат! Он поклялся, что не поднимет руки на ваших родичей, и как только они догадались об этом во время турнира, члены вашего благородного семейства принялись его убивать! – говорил он сквозь зубы, тряся ее.
– На турнире они изрезали его на куски! А теперь он сражается в поединках… Вы слышите, как веселится толпа? Это смеются над ним. Он так страшно изранен, что, по-моему, даже не понял, когда его сбили с коня. Он думал, что сможет перехитрить их на поединках, но не смог, а его вызвали еще четырнадцать шотландцев…
Дженни смотрела на него, не сводя глаз, сердце начало бешено биться, но ноги точно приросли к полу, словно она пыталась бежать в ночном кошмаре.
– Дженнифер! – хрипло вымолвил Стефан. – Ройс позволяет им убивать себя. – Пальцы его больно впивались ей в плечи, но голос прерывался от муки. – Там, на арене, он погибает за вас. Он убил вашего брата и теперь расплачивается… – Стефан смолк, когда Дженни вырвалась из его хватки и побежала…
Гаррик Кармайкл плюнул на землю рядом с Ройсом, победителем удаляясь с поля, но Ройс был глух к таким мелочным оскорблениям.
Он, пошатываясь, стоял на коленях, смутно осознавая, что гул толпы постепенно и неизвестно по какой причине усиливается до непристойной громкости. Покачнувшись, он дотянулся и сбросил шлем, попытался переложить его в левую руку, но рука беспомощно висела вдоль туловища, и шлем упал на землю. К нему бежал Гэвин… нет, не Гэвин… кто-то в синем плаще, и он прищурился, пытаясь разглядеть и гадая, не очередной ли это противник.
