— Мне хотя бы позволено узнать, куда мы поедем? — слегка улыбаясь, спросил он.
Селена тоже улыбнулась. Ей стало спокойнее.
— Мы поедем в такое место, где капитаны королевской гвардии бывают не чаще, чем северное сияние над Рафтхолом.
Карета уже ждала их. (Селена пригрозила кучеру, что зажарит его живьем вместе с лакеем, если они позволят себе опоздать.)
— Поехали, господин капитан.
В карете они сидели напротив друг друга. Говорили о чем угодно, только не о той ночи. О карнавале, Быстроногой, очередных выходках Холлина.
Даже поспорили о том, когда весна заявит о себе.
Карета остановилась возле старого здания, первый этаж которого занимала аптека.
— Ты решила угостить меня лекарствами? — удивился Шаол. — Что-нибудь вроде пунша со слабительным?
— Не торопись с выводами, — сказала Селена, увлекая его за собой.
Владельцев аптеки она знала еще со времен своего житья у Аробинна. К счастью, они не догадывались о ее истинном ремесле. Когда они спросили, почему ее так долго не было, Селена ответила, что путешествовала в дальние края.
Здесь тоже поверили ее вранью.
По узкой каменной лестнице они поднялись на второй этаж, потом на третий и, наконец, на четвертый. На узкой площадке была всего одна дверь.
— Конечно, это не астерионский жеребец, но…
Селена толкнула дверь и отошла, пропуская Шаола.
Ошеломленный, он молча вошел.
Селена приложила немало стараний и фантазии, продумывая украшение этой комнаты. Даже при свете дня здесь было очень красиво. Но вечером… вечером все выглядело именно так, как она и представляла.
Хозяева аптеки были большими любителями растений. На самой крыше они устроили оранжерею. Помимо целебных трав, там росли цветы (включая и очень редкие), а также фруктовые деревья в кадках. Украшенная Селеной комната служила для хозяйственных нужд и имела две стеклянные стены. На фруктовых деревьях горели маленькие фонарики. Как в саду из древней легенды. Из двух окон открывался вид на реку Авери. Воздух был теплым и слегка терпким. Посредине комнаты стоял столик, накрытый на двоих.
Шаол молча оглядел эту сказку наяву и только тогда нарушил молчание:
— Совсем как в песне Раэны Златоголосой. Сад женщин народа фэ.
В его золотистых глазах светилась радость.
— У меня нет возможностей принца, — глотая слюну, пробормотала Селена.
— Мне никто и никогда не устраивал такого празднества, — признался Шаол, продолжая разглядывать оранжерею за прозрачной стеной. — Никто.
— Это всего лишь обед, — сказала Селена, проходя к столу.
