— А я-то думал, что надежно прячу свои слабости.
— Дождись остальных блюд, — язвительно усмехнулась Селена.
Обед закончился. Они доели последние крошки изумительного шоколадно-орехового торта. Допили вино. Слуги унесли посуду и попрощались, пожелав им приятного вечера. Набросив накидку, Селена вышла на балкончик в дальнем конце крыши. Шаол пошел за нею. На стеклах оранжереи лежал снег. Дул легкий ветер. Селена смотрела вдаль. Где-то там Авери впадала в океан.
— А в воздухе пахнет весной, — сказал Шаол, упираясь в перила балкончика.
— Хвала богам. Я уже с ума схожу от этих метелей.
Свет фонариков оранжереи мягко очерчивал его профиль. Селена думала, что обед будет для Шаола просто приятным сюрпризом. Но оказалось… При всем своем мужестве, смелости и силе, он тоже нуждался в простом человеческом внимании. Селена только сегодня поняла, как же ему не хватало этого внимания. Шаол был очень одинок. Он ни с кем не сближался. Даже в его дружбе с Дорином ощущалась дистанция. Глупая служанка променяла его на Рулана.
Родительская семья, по сути, отказалась от него. Спесивому отцу не нужен был сын, избравший себе ремесло капитана гвардии, пусть даже и королевской. А задумывались ли родители Шаола, что во всем замке и даже во всем королевстве не было человека более благородного и верного, чем их сын? Будь сейчас Эрилея свободным континентом, другие королевские дворы почли бы за честь пригласить его к себе на службу. Селена и не предполагала, что такие люди, как Шаол, существуют на самом деле.
Особенно после Саэма и всех ее последующих бед.
Назначая ее королевской защитницей, король, в случае если она ослушается его приказов, пригрозил убить Шаола. А ведь она уже подвергала капитана изрядному риску. Дальше будет только опаснее. Не только для нее. Для них обоих…
— Я должна кое-что тебе рассказать, — тихо проговорила Селена.
Кровь звенела у нее в ушах. Шаол, улыбаясь, повернулся к ней, рассчитывая услышать если не шутку, то что-нибудь забавное.
— Только обещай, что не придешь в ярость.
— А почему я должен приходить в ярость? — удивился Шаол, перестав улыбаться.
— Сначала пообещай, — потребовала Селена, схватившись за обжигающе-холодные перила балкона.
— Я постараюсь.
Хотя бы это. Как жалкая трусиха, она не рискнула смотреть ему в глаза и отвернулась, уставившись в темноту:
— Я не убила ни одного из тех, с кем король приказывал мне расправиться.
Шаол молчал. Селена не отваживалась взглянуть на него.
