Вот они ищут беспашпортных, которым бежать с рудника некуда… Они будут работать вместе с другими подобными бедолагами в глухой тайге до самых заморозков.
А зимой орда старателей вернется в город. По последней переписи у нас в городе двадцать тысяч жителей, а зимой их всегда делается вдвое больше…
Улаф вдруг воскликнул:
— Позвольте! Вон стоит тот самый купец, Лошкарев Илья Иванович, который поил меня настойкой под названием «Медвежий шиш!». Надо звать полицию!
— Не надо, сами разберемся, — сказал вполголоса Горохов, — я вооружен, в такие дела полицию впутывать — себе дороже обойдется, их только подпусти — ни денег, ни товару не будет!
Они подошли сзади к мнимому купцу Лошкареву, Горохов потянул его за руку:
— Отойдем-ка в сторонку, любезный!
Вошли в заросли ивняка.
Улаф сказал:
— Я прошу вас вернуть мне амулет!
— Пусть вернет и украденные деньги! — воскликнул Горохов.
Мнимый Лошкарев крутанулся, вырывая руку, и вдруг снизу вверх ударил Горохова ножом в бок.
Нож сломался, а Горохов выхватил пистолет и воскликнул:
— Мозги вышибу! Куда девал украденную у сего господина драгоценную вещь?
Мазурик был ошеломлен тем, что Горохов после мощного удара ножом не только не упал, обливаясь кровью, но еще и строжится. Мазурик посчитал Горохова старым колдуном, которого железо не берет.
— Ладно, айдате, отдам я вам вещь эту драгоценную. Три ювелира надо мной потешались. Медяшка же это, никому не нужная! Неужто господин шведец сего не знает? Я отдал медяшку сынишке своей зазнобы, он играет.
Ежели он ее не потерял, отдам, и отвяжитесь!
— Живешь-то далеко? — спросил Горохов.
— Да тут же рядом у пристани квартирую, два шага отсюдова…
Зашли во двор, где сохли бревна-топляки, буйно зеленела трава, бродили куры. На веревках в тенечке висели муксуны и осетры, вялились Белокурые ребятишки играли возле сарая.
— Петюшка! Где та игрушка, которую я тебе давеча подарил?
— Не отдам! — насупился белобрысый Петюшка.
— Давай! Я те после пряник медовый куплю.
— Сперва купи!
Мнимый купец Лошакрев вырвал у Петюшки бронзового оленя, подал Улафу:
— Нате! И проваливайте!
Петюшка ревел, как пароходный гудок.
Горохов обратился к мнимому купцу:
— Ты еще деньги верни, что украл у господина шведа.
Мазурик вскочил на крыльцо и закричал:
— Алена!
Из избы выскочила баба больше двух метров роста, с ужасающими ручищами.
