Корона жигана

— Быстрее! Прыгай! — истошно вопил извозчик.

Одним прыжком Кирьян взлетел на сиденье и, крепко прижимая к себе сидящую здесь же Дарью, хрипло заорал:

Макей, спотыкаясь, едва успел уцепиться за козлы и отчаянно, вкладывая в крик всю мощь легких, вторил:

Колеса пролетки весело стучали по мостовой, а Кирьян молил только об одном, — чтобы выдержала ось. Обернувшись, он увидел, что улица, еще пять минут назад пустая, вмиг заполнилась вооруженными людьми, которые беспорядочно палили вслед удаляющейся пролетке.

Извозчик, встав во весь рост, погонял лошадок. С его головы спорхнула сбитая пулей фуражка, еще мгновение, и пролетка, накренившись набок, завернула за угол и скрылась в переулке. Сзади продолжали раздаваться крики, не переставала грохотать стрельба. Но это было уже неопасно.

— Ну ты, Дашка, молодец! Ну ты, Дашка, даешь! — не переставал восторгаться Кирьян. — Ну удивила ты меня, девка!

Миновали Лубянку, промчались по Мясницкой, свернули в Кривоколенный переулок и затерялись в лабиринте переулков.

— Степан, уж не ты ли это?! — ликовал Кирьян.

— А то кто же! — обернулся Степан, яростно постегивая коней.

— А стрельбу ты устроил?

— Жиганы с Хитровки!

Огромная черная борода заметно сбилась в сторону, отчего Степан походил на ряженого.

— Кажись, оторвались, — удовлетворенно протянул он и, жалея лошадок, перешел на шаг.

Кони, благодарно всхрапнув, закивали огромными головами и, роняя пену, поубавили прыти.

— Сейчас на Хитровку нельзя, — рассудил Степан. — Наверняка там сегодня чекисты объявятся. Я тут место одно приметил, можно недельку отсидеться, а потом…

Кирьян неожиданно расхохотался:

— Шутить изволишь?! Ты думаешь, я неделю отдыхать буду? Ну уж нет! Теперь большевики у меня попляшут. А за хату спасибо… Вези! Только чтобы в ней никого не было! — крепко тиснул Кирьян улыбающуюся Дарью.

Степан сорвал ставшую ненужной бороду и заулыбался широко:

— Что ж я, не понимаю, что ли?

Глава 8.

С минуту Игнат Сарычев молчал, машинально продолжая сжимать трубку. А потом осторожно положил ее на рычаг. Телефонный аппарат звякнул, возвращая его к действительности, и он уныло посмотрел на сотрудников.

— Звонил товарищ Дзержинский и выразил свое неудовольствие нашими действиями. Я думаю, не надо объяснять, что это должно значить… для каждого из нас.