Корона жигана

Хотя как знать… Если дела будут и дальше развиваться так же стремительно, то не исключено, что скромный швейцар вскоре пополнит большевистские ряды.

Истинно сказано, что пути господни неисповедимы.

Впрочем, у Панкрата Тимофеевича имелись все основания, чтобы начать жизнь с белого листа. Во-первых, он сумел выправить себе новые документы и вместо дворянского сословия, которым в цивилизованном обществе гордился бы любой человек, добыл себе паспорт на гражданина Репина, из мещан. Осталось только запрятать поглубже университетское образование, поднабраться привычек соответствующего сословия да отпустить бороду до пупа.

И как бы ни бунтовала кровь предков, но гордыню придется усмирить, слиться с быдлом, сумевшим дорваться до власти.

Этот день не предвещал ничего особенного. Утро началось как обычно. Правда, он чересчур долго провозился со своим архивом, добавляя в него наблюдения. Карточку Кирьяна следовало изъять, вряд ли он сумеет вырваться из подвала большевиков, разумеется, если он не упырь.

Расстрел там исполняют две миловидные барышни: одной восемнадцать, другой девятнадцать лет. Стреляют неожиданно во время беседы, как бы демонстрируя этим женское коварство.

Несколько раз Панкрат Тимофеевич видел этих девиц в ресторане. Одеты они были модно и очень броско. Чекистки легко сошли бы за дворянок, если бы не их речь. Порой создавалось впечатление, что это не дамы, а обыкновенные окопные солдаты, полгода не видевшие женщин. Да и на соседей они смотрели жестко и пристально, как будто рассматривали их сквозь прицел нагана.

В общем, те еще штучки.

Но что-то останавливало Панкрата Тимофеевича изымать досье Кирьяна из картотеки, какое-то труднообъяснимое предчувствие. Не решился он и в этот раз — подержал, да и положил на место. Он решил присмотреться к его приятелям И первым среди них был Степан У этого парня большое криминальное будущее, если, конечно, чекисты не подстрелят.

Уже через год работы швейцаром Панкрат Тимофеевич знал всех жиганов в лицо, знал и их многочисленных подруг.

Порой они захаживали в ресторан большими компаниями и веселились до самого утра вместе с новоявленными предпринимателями. Картинно обнимались и лобзали друг друга в щечки. Глядя на подобное застолье, Панкрат Тимофеевич лишь улыбался — не часто увидишь овцу и волка за одним столом.

Панкрат Тимофеевич занял свое место у входа в ресторан. Перед дверьми топтался народ в основном мелкий: начинающие нэпманы и служащие.