Корона жигана

Только я вздремнул, как шкет прибегает и говорит, что во двор люди какие-то идут, на легавых похожи. И едва я на чердак поднялся, как они в дверь стали ломиться. Чем закончится эта катавасия, я дожидаться не стал — залез на крышу да спустился по лестнице в проходной двор. Больше на ту хату я не наведывался. А потом через своих жиганов узнал, что хозяин спалился, вот он меня, сучонок, и выдал, — заскрежетал зубами Хрящ — Если его чекисты не прибьют, так я собственными руками придушу.

Ярость его была неподдельной.

Фомич увидел, как сильные пальцы ухватили краешек стола, и если бы вместо скатерти в них оказалась чья-то шея, то позвонки бы хрустнули наверняка.

— А как же ты в Москве-то оказался? — продолжала допытываться Елизавета Михайловна.

— Как да как? — несколько раздраженно произнес Макар. — Тебе бы, бабонька, в уголовке служить, они любят всякие такие вопросики задавать. Что тебе ответить… Да не стал я более дожидаться, взял чемодан, уложил в него кое-какие вещички да с первым же поездом сюда приехал.

А потом, тесновато мне в Питере стало, — положил он ладонь на грудь. — Душа размаха требует, вот потому я здесь.

Хрящ держался естественно. В голосе ни намека на фальшь. Так и должен был вести себя весовой жиган, оказавшийся в незнакомой обстановке. Речь достойная и понятная. Все-таки не милостыню пришел выпрашивать, а искать компаньонов на крупное дело.

Константин подумал, что он сам вел бы себя точно таким же образом.

— Значит, не хочешь говорить? — спросила Трегубова.

— Я бы сказал тебе, Лизонька, — вновь забасил Хрящ, — только к чему такой очаровательной дамочке перегружать головку подобными пустяками? Да и предназначены женщины совсем для иного, — взгляд жигана загорелся.

Елизавета Михайловна, взяв со стола пустые тарелки, встала. Прыткий Макар ловко подался вперед и потянул ее за руку, мадам, задорно пискнув, невольно опустилась на его колени.

Васька Кот заливисто прыснул.

— Да иди ты к дьяволу! — выругалась Трегубова. Поднявшись, поправила платье.

 — Фактуру попортишь. Прежде чем лапать, заплатить сначала нужно.

— А ты думаешь, мы нищими сюда пришли? — обиделся жиган и, сунув руку в карман, сыпанул на стол золотых червонцев. — Так сколько же ты стоишь, барышня?

Глаза хозяйки алчно вспыхнули.

— И много у тебя такого добра?

Жиган громко расхохотался, задрав подбородок к потолку. Отсмеявшись, спросил:

— И это ты называешь добром? Это девочкам на кренделя. А о добре я бы хотел поговорить с людьми серьезными.