Он о многом хотел спросить, но…
Пододвинув темную керамическую кружку поближе к девушке, задал всего один вопрос, без малейшего давления в голосе:
— Что случилось?
— Жизнь не получилась, — Станислава откровенно усмехнулась, хотя эта усмешка, полная горечи и злобы, больше походила на натуральный оскал. Едва пригубив напиток, она обхватила керамику ладонями, кажется, совершенно не замечая, что напиток в ней был чертовски горячим. Сделав еще глоток, она потерла пальцами переносицу, невесело добавив. — Я не знаю, как тебе это объяснить, Цепеш… Я даже толком не знаю, на кой хрен я вообще здесь.
Просто… не знаю. Мне хреново. Вот и всё.
— Этому есть причина, — невольно выгнув брови, спокойно заметил Алехин. — И, если ты позволишь, я бы хотел ее услышать.
Сестра Харлея молчала долго. Она все так же смотрела в пустоту, слегка покручивая чашку в руках, явно раздумывая над ответом, или же просто пытаясь совладать с эмоциями, либо просто подобрать правильные слова. За что Влад ее уважал — Стася никогда не старалась показать, как сильно ее обидели или задели, и потому всем произошедшим с ней если и делилась, то исключительно в качестве лишнего повода посмеяться над случившимся.
Тоже самое она пыталась проделать и сейчас.
Но теперь, что и как бы она не сказала, мужчина все равно бы воспринял в новом для себя свете.
— Эту причину зовут Глеб Зеленский. Лучший друг моего мужа, — невесело отозвалась Стася, сделав еще глоток. Взгляда она так и не подняла, да это было и не нужно. И так понятно, что признание ей давалось с заметным трудом.
— Он… всегда был слишком прямолинеен. Его похабные шуточки выводили меня из себя. Он не гнушался распускать руки, как и наедине, так и незаметно на людях. Он даже в открытую предлагал с ним переспать, на что был посылаем далеко и надолго… Знаешь, я ни раз говорила на эту тему с Артуром, однако… Он же его друг, а значит, подобного быть просто не может! Я просто якобы пыталась рассорить их, чтобы свести общение к минимуму, вот и всё. Я пыталась это сделать, Влад.
Я, знающая с детства, что такое мужская дружба!
— Я не помню ни одного случая, чтобы ты вставала между Харлеем и Михой, — вынужден был признать Алехин. — Ни разу. Ты не вбивала клинья даже между нами."
"— Ты — старший брат Потапыча, — хмыкнула девушка. — Не совсем любимый, часто не понимаемый, слишком навязчивый и правильный, но… Разумный. Реально желающий добра Михе и всей остальной банде. Даже тогда я это понимала, отчетливо понимаю и сейчас.
