Такие яркие, такие тёплые, полные нежности, словно это было вчера, а не, возможно, тысячелетия назад… В другом мире, иной реальности.
Любовь преодолеет всё, в том числе и памяти забвенье.
Хэйвард перевёл взор со скелетоподобного лица Дрэйха, его убийцы, на Алису.
В облике хрупкой человеческой девушки находилась душа невероятной, крышесносной зеленокожей орки!
Аруны Сольвейг.
Владычицы целого народа. Хранительницы камней слёз Древа жизни Игдрасиль. Основоположницы техно-магии в мире Хеймдалля.
Душа великого артефактора и просто замечательной орчанки нашла своё новое воплощение в теле Алисы Асбйорн. И это было правильно. Аруна это заслужила!
Его сердце, вся его любовь — весь он принадлежал ей. И только ей одной.
Навсегда.
— Прости… — с трудом выдохнул он.
Как же мало он побыл с ней, всего ничего — капля в море Сорь, воды которого настолько горьки, что выжигают нутро… Сожаление и тоска о несбыточном, о мечте, находившейся так близко, жгучей солью застыли на губах.
Реальность размылась, красивое лицо Алисы стало меркнуть. Но Джерард-Хэйвард успел заметить, как в прекрасных изумрудных глазах загорелось такое знакомое ему и безмерно любимое пламя решимости.
— Даже не смей умирать, Джер! — услышал он на краю затухающего сознания, и свет погас."
"Глава 54
Воспоминания накрыли девятым валом, сметая всё на своём пути.
Каждый образ, каждый звук прошлого впивался в сознание раскалёнными иглами. Хотелось остановиться, и насладиться зрелищем родных лиц, калейдоскопом мелькавших перед внутренним взором…
Но сейчас я не имела на то права. Мне нельзя отвлекаться от цели: для начала необходимо решить сверхсложную задачу, и только потом всмотреться в те далёкие дали, оставшиеся там, в другом мире, на иной ветке реальности этой Вселенной.
— Даже не смей умирать, Джер! — крикнула я и, обхватив руками оборванные энергетические жгуты чужого заклинания, закрыла глаза.
И всё перестало иметь значение.
Знания, как же их много! Я пользовалась лишь их малой частью, позабыв всё то, что скопила, будучи Аруной, принцессой орков. Назвать себя королевой у меня ни тогда, ни сейчас не поворачивался язык. Странная я. Впрочем, с кем не бывает?
Сердце замедлило свой бег.
