Сделала передышку, прежде чем продолжить путь: подобрала на земле подходящий заострённый с одного края камень, села на булыжник и приступила к работе — необходимо хотя бы немного заточить свой «клинок», чтобы можно было использовать как копьё. После сделала пару глотков из своей фляжки, с которой никогда не расставалась и поспешила вперёд.
По бокам от основного коридора имелись ответвления — разработанные рукава. Давным-давно, сразу же как выбрали все кристаллы, их наглухо запечатали массивными каменными булыжниками.
Вскоре я дошла до места обвала, где не так давно нашли Алису, то есть меня. Завал расчистили, но убрали не всё, хватало мелких камней, которые не посчитали достойными внимания. Не стала задерживаться, продолжила путь дальше. Свет от потолочных артефактов едва-едва горел.
И вот я наконец очутилась на лестничной площадке, спустилась и вуаля! Я почти на четвёртом уровне. Здесь некоторые светильники работали не стабильно, время от времени судорожно мигали, гасли и загорались вновь.
Стоило сбежать по крутым ступеням и оказаться на плохо освещённом пятачке, как моя интуиция из настороженно-опасливой резко переменила настроение и буквально взвыла сиреной до неприятных мурашек по спине и шевеления волос на затылке.
— Алиса я или трусиха? — собственный голос чуть приободрил, я, отерев вспотевшие ладони о штаны, перехватила свою палку поудобнее и продолжила «увлекательный» променад.
Руны, изображённые на арке, едва заметно сияли потусторонним голубым светом, но любоваться их затейливой вязью у меня не было никакого желания: я буквально кожей ощущала на себе чей-то весьма заинтересованный взгляд.
Мелкая дрожь по телу, гулко колотящееся сердце — и я не выдержала! Оп! Резко оглянулась… Чтобы облегчённо выдохнуть: за спиной никого.
— Ладно… — пробурчала под нос, снова повернулась лицом к коридору и, стараясь ступать максимально тихо, зашагала вперёд: чем глубже продвигалась, тем тусклее горели артефакты на потолке.
Странные звериные рыки долетели до меня, когда я почти добралась до арки, ведущей на минус пятый этаж.
Ших-шмяк-шмяк!
Иии-пи-пи!
Рра-рау-рр!
Иппи-пи…
Рав-ру!
Кто-то явно на кого-то напал. Писк едва различимый, жалобный-жалобный, а рычание с нотками превосходства, издевательское, что ли. И когда я стала разбираться в оттенках звериных голосов? Думала, а сама, прижавшись спиной к неровной стене, на носочках кралась к проходу.
