Корпоратив королевской династии

Вроде нормальные люди, но как только речь заходит о Хансонах, они делаются зомби и талдычат: русским у нас не место, жениться надо на своих, нужно выгнать потомков кухаркиной дочери Натальи. Возьмем мою свекровь, дряхлая старуха уже, но не сдается. Пару недель назад Петр Свенсон свадьбу играл, привез хорошую девушку из Питера, красавицу. Стоят молодые под аркой, увитой цветами, счастливые! Гости рыдают от умиления и радости, тут появляется Сельма, мать Юрия, и орет:

– Петер! Проклинаю тебя! Привел в город иноземное быдло!

Не побили Сельму только из-за ее возраста.

Но что интересно! У нее магазин сувениров на центральной улице, туда туристы постоянно заходят, среди них много русских. Думаете, матушка моего мужа им козью морду корчит, товар отпускать отказывается, гонит вон из лавки? Как бы не так! Она мила, как сахарная головка, по-русски болтает лучше вас, ради процветания своего бизнеса готова любого россиянина расцеловать. Но если вы сюда на постоянное жительство переберетесь, Сельма в фартук камней наберет, окна вам побьет, кошку-собаку отравит, дверь дерьмом измажет.

– Как же она разрешила Юрию жениться на вас? – поразилась я.

Розамунда улыбнулась.

– Так я местная, у меня отец и мать не из России, и деды с бабками тоже. К Верным моя родня никогда не принадлежала, просто так вышло.

– Вы прекрасно владеете нашим языком, нет ни малейшего акцента, – восхитилась я.

– В нашем городе все говорят по-русски, – сказала Розамунда, – в школах с нулевого класса его преподают, он у нас второй официальный.

Сельма меня постоянно в стан Верных привести хочет, но я не желаю ходить на их собрания и наполняться там злобой. А вот Юра у Верных один из главных.

Розамунда подперла кулаком щеку.

– Муж у них председатель. Его предок был управляющим у Густава, его правой рукой. Супруг нетерпим ко всему русскому, но к туристам относится как Сельма. И если торт заказывает, допустим, Мария Леонова, Юра приготовит прекрасное изделие. Это бизнес, работа.

А в свободное время Юрий желает госпоже Леоновой самого плохого. У супруга тяжелый характер, он гневлив, скор на расправу, невоздержан на язык. Мы все верующие, ходим в церковь, отец Александр вечно мужу пеняет за его лексикон. Юра кается, но удержаться не может. И у нашей семьи есть причина ненавидеть Хансонов. Эдмунд, старший сын Мартины, убил нашу дочь Паулину.

– Боже! – воскликнула я. – За что?

Розамунда залпом осушила свою чашку.