Кошки-мышки

Хаттону перевалило за пятьдесят, но он носил длинные волосы, спадавшие на лоб почти до самых глаз, и одет был в весьма потертые джинсы, наивно предполагая, что это его молодит. А росту в нем было не больше пяти футов и двух-трех дюймов. В самом деле, «его высочество».

Он вышел с недовольным выражением лица, оставив свой аппарат в спальне, служившей ему в этой крохотной квартирке студией. Он протянул руку, и Холмс пожал ее.

— Констебль сыскной полиции Холмс."

"Хаттон кивнул, взял сигарету из пачки на столе секретарши и закурил.

Девушка недовольно нахмурилась и села, поправив короткую юбку. Хаттон, до сих пор не взглянувший на Холмса, рассеянно смотрел куда-то в пространство. Он подошел к окну, посмотрел вниз, задрал голову, выпустил дым в высокий, темный потолок и прислонился к стене.

— Сделай мне кофе, Кристина. — Его глаза поймали взгляд Холмса. — А вы не желаете?

Холмс покачал головой.

— Вы уверены? — доброжелательно спросила Кристина, снова вставая.

— Ну, пожалуй, выпью. Спасибо.

Улыбаясь, она прошла в кухню или в чулан, чтобы наполнить чайник.

— Итак, — проговорил Хаттон, — чем могу служить?

Еще одной особенностью этого человечка был его высокий голос. Не пронзительно-женский, но очень высокий и немного сиплый, как будто когда-то он повредил голосовые связки.

— Мистер Хаттон? — Холмс хотел быть уверенным.

Тот кивнул.

— Джимми Хаттон, профессиональный фотограф, к вашим услугам. Вы женитесь и хотите получить скидку?

— Ничего подобного.

— Портрет? Девушка? Родители?

— Нет, к сожалению, я по работе.

По нашей работе.

— Стало быть, никакой работы для меня.

Хаттон улыбнулся, взглянул на Холмса второй раз и затянулся сигаретой.

— А я мог бы сделать неплохой портрет. У вас сильный подбородок, выразительные скулы. С приличным освещением…

— Спасибо, не стоит. Я терпеть не могу сниматься на карточки.

— Я говорю не о карточках. — Хаттон обогнул стол. — А об искусстве.

— Потому я и пришел к вам.

— То есть?

— Мне очень понравились ваши фотографии в газете, и я хотел попросить вас помочь мне.

— В чем?

— Речь идет о пропавшем человеке.

Холмс был не великий лгун. Когда он рассказывал что-то совсем несусветное, уши его начинали розоветь. Не великий лгун, но и не бездарный.

— О молодом человеке по имени Ронни Макгрэт.

— Это имя ничего мне не говорит.

— Он хотел стать фотографом, вот почему я хотел узнать.

— Что узнать?

— Не заходил ли он к вам. Ну, за советом, например. Вы же известный мастер.