– Как маленький, честное слово!
– Вот это и передай! – торжествующе объявил пилот, выпрямляясь и подтягивая сначала трусы, а потом комбез.
* * *Перелет к леразийской станции гашения обошелся без приключений, но команда все три часа напряженно всматривалась в обзорные экраны, а мелодичный Машин голос, сообщивший, что «обнаружено незнакомое судно, следующее тем же курсом», заставил вздрогнуть даже капитана. Однако это оказалась всего лишь круизная яхта, возвращающаяся в порт.
Лика, чувствуя общее настроение, ходила на цыпочках, но, когда опасность миновала, к ней тут же вернулась девичья беспечность.
– Вот уж не знала, что ты так боишься пиратов, Тедди, – поддразнила она сидящего за пультом брата.
– Я их не боюсь, – огрызнулся тот. – Просто они могут нас убить, а мне этого не хочется."
"– А как же твой любимый адреналин? Ты ж мне двести раз рассказывал, как героически сажал подбитый корабль, а потом мужественно вытаскивал из горящей кабины женщин и детей!
– Чем ты слушала, малая? – возмутился пилот.
– Всего-то одну тетку, навигатора, ей вмявшейся стойкой ногу перебило. Я ее тащил, а она мне дорогу расска… подсказывала. И тогда у меня просто выбора не было.
– А если бы был, ты от тех пиратов тоже удрал бы?
– А что, надо было в лобовую на них переть? – начал уже всерьез злиться Тед. Вначале он действительно пытался вывести корабль из-под удара, но хищник оказался проворнее. – На безоружном курьерском катере?
– Ну во-о-от, отмазки пошли! – продолжала дурачиться сестра, не догадываясь, что задевает не только брата, но и стоящую рядом подругу.
На самом деле выбор есть всегда: до последнего пытаться что-то сделать или сложить руки, спасаться самому или спасать напарника. Теодор, конечно, любил покуролесить, но упрекать его в глупости или трусости было слишком несправедливо даже для шутки.
– Ты просто не представляешь, что это такое, – не выдержала Полина. – Если бы ты вместе с нами к пиратам в плен попала или на три месяца ослепла, как Тед, то тоже не смеялась бы.
Пилот повернулся и так посмотрел на заступницу, что та смущенно прикусила язык.
– Ослеп? – растерялась Лика. – Ты про это ничего не говорил!
– И не скажу, – проворчал брат.
– Почему?
– А на фига?
– Я же твоя сестра!
– Вот именно.
– Ну, знаешь ли… – Лика укоризненно уставилась на брата, но, не обнаружив в его упрямом прищуре и проблеска раскаяния, оскорбленно тряхнула головой, развернулась и вышла.
– Трепло, – с досадой бросил Тед подруге.
