— Вот забавно!
— Если кто и смешон, так это ты, Джордж, — вмешался Хью. — Но я согласен с тобой, дядя не проявил необходимой деликатности, что претит каждому человеку с чувством… Ну а теперь, я убежден, что тебе и Долфинтону более уместно поискать другое помещение.
— Уместно для тебя, — отпарировал его лордство, — рад служить, но если полагаешь, что я ложусь в семь часов, ты более чем заблуждаешься!
— Нет ни малейшей надобности…
— Нет, есть, — возразил Бидденден довольно резко. — Нет сомнения, что у дяди трещит огонь в камине библиотеки, но едва ли во всем доме сыщется еще один.
Может, ты его обнаружишь?
— Разумеется, огонь есть и в его спальне, — вмешалась Китти. — И если вы не против посидеть с Фиш, — в классах. Но только боюсь, вам вряд ли это понравится.
— Без сомнения!
— И бедному Долфу тоже. Кстати, он все собирается что-то сказать, — обратила внимание Китти, которая давно уже сочувственно следила за судорожными движениями огромного рта лорда Долфинтона.
— Ну что, Фостер, что с тобой? — подбодрил его Хью.
— Я не пойду с Джорджем, — закончил Долфинтон. — Я не люблю Джорджа, не хотел его видеть. Не нужен здесь, не приглашен!
— Бог мой, да мы давно уже это прошли! — пробормотал Бидденден. — Ты мог бы с таким же успехом отправиться в постель, Долфинтон.
— Нет, не мог бы, — отрезал Фостер с чувством. — Не женат. И к тому же граф!
— Ну разве это важно? Я тебя умоляю!..
— Важно, — не отступал Долфинтон. — Хорошо выйти за графа, быть графиней.
— Сколько могу судить, ты делаешь форменное предложение? — язвительно отозвался Бидденден.
— Ты настолько добр, что делаешь мне предложение, Фостер? — спросила мисс Чаринг совершенно спокойно.
Лорд Долфинтон несколько раз кивнул головой, благодарный ей за сообразительность.
— Рад служить! — улыбнулся он. — Ни гроша в кармане… Нет, не о том речь! Хочу сказать, что всегда имел к тебе большое расположение! Окажи мне честь принять мое предложение!
— Боже милостивый! — воскликнул Бидденден.
— Если не знать правду, можно подумать, что ты наконец снял личину, Фостер!
Лорд Долфинтон, с беспокойством обнаружив, что потерял нить заученной роли, выглядел более несчастным, чем обычно, и покраснел до самых корней прямых каштановых волос. Он устремил умоляющий взгляд на мисс Чаринг, которая сразу же поднялась и села в кресло рядом с ним, похлопывая его по руке, успокаивая и говоря:
— Чепуха, ты изложил все очень достойно, и я прекрасно поняла тебя.
