Коварная ложь

Не потому, что он этого не заслуживал, заслуживал вполне, а потому, что я убеждала Бена в том, что нужно прощать и двигаться вперед. Если я не последую собственному совету, я стану лжецом. Я могла бы делать это с Ридом, Вирджинией и Нэшем, но я не могла лгать Бену.

Игра в гляделки с Нэшем продолжалась почти минуту. На меня обрушивались немые вопросы Шантильи и Иды Мари, но я не могла отвести взгляд. С последствиями я разберусь позже.

– Вы ели? – Нэш говорил так, будто в комнате больше никого не было. Его взгляд опустился на мой живот, будто тот мог дать ему ответ.

Я не стала вдаваться в подробности.

Не сказала ему, что с тех пор, как я в последний раз ела, прошло четырнадцать часов.

Не сказала ему, что пользуюсь его приложением, чтобы общаться с Беном.

Не сказала ему, что мне невыносима мысль о смерти его отца от рук моего отца.

Не сказала ему, что это не дает ему права жестоко обращаться со мной.

Вместо этого мы общались взглядами.

Мой сказал: «Я не создана для того, чтобы проигрывать».

Его сказал: «Я создан, чтобы побеждать».

На третьей Шантилья подошла к Нэшу.

Он проигнорировал ее, бросив на меня еще один яростный взгляд, и вышел.

Я выдохнула, когда он ушел.

Победа казалось такой же пустой, как алюминиевая бейсбольная бита.

Если мне придется еще раз смотреть, как Шантилья крутит передо мной задницей, я заслужу памятник в Смитсоновском институте.

Она подкинула перед собой кусок материи, позволив ему медленно опуститься на пол. Он лежал на полу ровно, но она не торопясь опустилась на четвереньки.

Наш новый обеденный ритуал, леди и джентльмены.

– Не поможете мне, Нэш? – Она оглянулась на меня, ее тело изогнулось, как у сучки.

Мой взгляд оставался приклеен к телефону.

На полную громкость.

– Если капитализм не изменился за последние двадцать минут, то вся суть того, чтобы платить людям деньги, заключается в том, что тебе самому не нужно тратить время на бессмысленное дерьмо. – Мой большой палец пробегал по экрану.

– Я что-то пропустил? – Кайден посмотрел на задницу Шантильи, когда она провела ладонью по полиэфирной ткани. У него были два неслепых глаза и здоровое либидо, а у Шантильи было тело модели из спортивных журналов. И все же я не взглянул на нее.

Определенно не в последние десять дней, когда каждая попытка становилась отчаяннее предыдущей.

Можно было бы подумать, что она поймет гребаный намек.