"
"…Какие они тут проворачивают дела, на кордоне «полста-три»? Что это за человек на вертолете, у которого ловкий и оборотистый пилот? Почему ему «ничего не жалко» для «лесных людей», обитателей ковчега? Куда ушел Марк, на какую трассу?.. Что тут может быть за трасса посреди тайги, снегов и сопок? Нефтепровод? Газопровод «Северный поток»?..
– Пустите.
Фигура по имени Зоя Петровна ловко отстранила Кузьмича от плиты, и дальше все стало происходить само собой – из воздуха появились тарелки, чашки, салфетки, затрещали дрова, загорелся огонь, запахло вкусной едой.
Игорь вовсю ухаживал за Мариной.
– А давайте сыру и салями?.. Ну что, яичницу с салом? И шоколаду! Я привез бельгийский шоколад. Антон, где шоколад?.. Как ж вы оказались в тайге? Вы экстремалка?
– Я врач.
– Какая прекрасная, прекрасная профессия! Самая благородная на земле! А вы какой врач? Детский?
– Я кардиолог.
– Кузьмич, ты слышал? Эта прекрасная девушка кардиолог!
– Я слышал.
– А вы лечите все сердечные болезни или только некоторые?
Марина, которая терпеть не могла, когда незнакомые мужики выделывают вокруг неё пассы и строят всякие куры, отвечала довольно холодно, что нынче можно вылечить любую сердечную болезнь, главное – не упустить время.
– А если время уже упущено, Мариночка? Как же я узнаю? Вдруг моё сердце надорвано? Может быть, вы посчитаете мне пульс? Он наверняка зашкаливает! Как это называется, когда пульс зашкаливает?
– Тахикардия.
Марина поднялась, подошла к окну и сделала неприступную спину. Игорь подмигнул Антону, который складывал пустые, как будто сдувшиеся рюкзаки, и тоже пристроился глядеть в окно.
Очки у него сверкали весело.
– Как вам мой вертолет? Отличная машина! Начинали-то мы все на «Робинсонах», они как родные. Ну, как «Жигули». Я на «Жигулях» ездить учился. Вот времечко было, а, Кузьмич?..
– Я на грузовике учился. В армии «Жигулей» не выдавали.
– И устойчивый, и надежный! Нам ветер не ветер и снег не снег! Потому что Антон дело знает лучше всех.
– Красивый вертолет, – подала голос Алла Ивановна, потому что Марина всё молчала.
– Как он называется?
– «Еврокоптер». А начинали все на «Робинсонах», помнишь, Антон? Этот как «Жигули»!
Зоя Петровна взволокла на стол объемистый расписной чайник.
– Хлеба зачем натащили? У нас свой, печеный.
– Сыр и салями, Зоя Петровна, полагается есть с французским багетом!
– Вам видней.
– Можно мне яблоко? – не выдержала Алла. – Одно.
Кузьмич взял яблоко, ополоснул из ковшика и протянул, холодное и увесистое.
