Причина смерти была ясна. В левом подреберье торчала рукоятка кухонного ножа.
Он покачал головой и встал.
– Вы?
– А кто же еще?
Зиганшин только остро взглянул на соседа."
"– Так а что вы хотите? – вспылил Лев Абрамович, – у меня не было бы второй попытки, в конце концов, я старый человек!
– Где Фрида?
– Спит наверху. Она после суток.
– То есть она ничего не видела?
– Нет. И давайте не шуметь до приезда полиции. Девочка устала на работе, пусть уж отдохнет, сколько получится.
– Ну пусть. Как все произошло?
Лев Абрамович рассказал, что Фрида ушла спать в десять, а он по-стариковски засиделся допоздна с планшетом и только хотел ложиться, как уловил на крыльце какую-то возню.
Он схватил с буфета нож и насторожился. Возня не прекращалась, наоборот, стала яснее.
Притаившись в углу, он услышал, как дверь открывается, и скорее почувствовал, чем разглядел очертания человека, вошедшего в дом. По кислой вони Лев Абрамович догадался, кто его непрошеный гость, но тут Реутов существенно облегчил ему задачу, включив свет.
Догадавшись, что явился тот не с лучшими намерениями, Лев Абрамович нанес удар.
– Какого хрена вы не заперлись?
– Ну, знаете, Слава, я старый человек! У меня аденома, я выхожу помочиться три-четыре раза за ночь. Естественно, отправляясь спать, я обязательно замкнул бы дверь.
– И сразу убивать надо было?
– Ну а как иначе? На моей стороне был только фактор внезапности. Если бы у нас завязалась драка, он легко бы меня убил и надругался бы над Фридой, а этого я позволить не мог.
Я должен был или лишить его жизни, или ранить так серьезно, чтобы он не смог ничего делать. Но это, – вздохнул Лев Абрамович, – одно и то же, я ведь и «Скорую» не знаю как с мобильника вызывать. Да и пока бы они доехали…
– Я вас понимаю. Слушайте, но как же так! Я же предупредил, что уезжаю, просил соблюдать особую осторожность, а вы…
– Что толку теперь об этом говорить? И вы все равно не успели бы прибежать.
– Да не в том дело! Он же видел, как я уезжаю с детьми, и решил, что путь свободен.
– А, да! Не подумал, старый дурак.
Тут они услышали шаги наверху и переглянулись. Зиганшин встал в дверном проеме так, чтобы загородить тело, лежащее возле печки.
Фрида спускалась по лесенке. В темноте ее было почти не видно, девушка еще не добралась до прямоугольника света, льющегося из комнаты, но Мстислав Юрьевич чувствовал, какая она сонная и теплая.
– Что случилось, дедушка? – спросила она.
