Но до меня доходили лишь слабые отголоски этих чувств и таяли, не успев толком появиться.
Его дыхание обожгло шею, хищно сверкнули сузившиеся глаза-магниты и… гипнотический транс оборвался вместе с громким воплем возникшей между нами пушистой преграды. Длинный полосатый хвост ударил меня по лицу, а оснащенные когтями лапки вонзились со всем имеющимся у них арсеналом силы в морду чудища.
Полыхнул пожаром огненный ореол. Монстр взвыл, я моргнула. Ринго снова заголосил, видимо, для поддержания воинственного духа, а мои перепонки болезненно завибрировали, напоминая о том, что я пока еще живая.
Никогда не думала, что когда-нибудь буду так искренне радоваться крикам ушастика.
Пытаясь отодрать от себя зверька, монстр оставил меня в покое. Откуда силы взялись – не знаю. Но подскочила я, как пушинка, и даже по обыкновению не споткнулась. Не зря говорят, что от страха люди по воде бегают и на высоченные деревья забираются. Сейчас с удовольствием куда-нибудь вскарабкалась бы, чтоб свалить подальше от этого мохнатого гипнотизера.
Эмоции накатили ударной волной, откуда только взялись в таком количестве? Голова разрывалась от обилия противоречивых мыслей. Куда бежать? Как помочь Ринго? И что со мной делал этот… это… короче, то озверевшее создание, от жуткого рыка которого у меня сердце прыгнуло в пятки и по телу строевым шагом замаршировали мурашки. Не удивлюсь, если и волосы встали дыбом. Черт, что же делать-то?
Пока думала и хлопала глазами, события развивались своим ходом.
Зверек, поддетый когтистой пятерней, отлетел в сторону, как футбольный мяч. Прокатился по полу, вскочил на ноги и, загребая передней лапкой, словно бык перед битвой, принялся завывать, исподлобья глядя на гигантского противника. Целился он ему в глаза, но я вовремя успела схватить вошедшего во вкус защитника за пушистый хвост, и с болтающимся в воздухе ушастым довеском вылетела прочь из комнаты, в которой так некстати оказалась.
За арочным проходом нас ожидал очередной коридор с до боли знакомыми факелами. Огни насмешливо дрожали, предрекая беду. Я бежала, не чувствуя ног и не слыша собственных шагов из-за громких ударов сердца, оглушительным набатом отдававшихся в моих ушах. Ринго пищал и фыркал, пытаясь свернуться клубком и зацепиться хоть за мою одежду, чтобы сменить позу «а-ля белка-летяга в полете» на привычное место на моем плече.
