Что ожидает вас сейчас? Скучная муштра солдат в отдаленном гарнизоне — самое большое, на что вы можете рассчитывать. Но если вы станете моим соратником, деньги — это то, что перестанет вас волновать очень быстро. У нас с вами будут совершенно другие интересы и цели.
И все еще слегка сомневающийся барон де Кунц был аккуратно введен каким-то пожилым графом в окружение Ангердо Пятого и сумел закрепиться там, вызвав королевское восхищение. А понадобилось для этого всего-то выиграть скачки у несколько самоуверенного графа Батеро, который имел неосторожность похвастаться новым конем.
Именно с этой минуты и началась у генерала Вильгельма де Кунца совсем другая жизнь. Сложная, иногда тяжелая даже физически, но неизмеримо более интересная, чем жизнь генерала в отставке. Главным же для барона было то, что иногда удавалось воочию увидеть результаты своих трудов. Пусть и получалось это не всегда, пусть и действовал он частенько по подсказке Рогана де Сюзора. Но когда пожилой герцог говорил ему: «Вильгельм, мы с вами прекрасно сыграли, его величество Ангердо подписал ордонанс о переустройстве армии!» — для барона это было сродни королевской медали.
Тем более, что герцог де Сюзор никогда не использовал Вильгельма как пешку. Приступая к обработке какого-либо придворного, заключая пари, а потом выигрывая или при нужде проигрывая их, собирая информацию от сплетников, генерал Вильгельм де Кунц каждый раз абсолютно точно знал конечную цель этих телодвижений. Он по-прежнему жил в доме герцога де Сюзора.
И самой большой наградой для него были дни, когда, возвращаясь с королевского совета, старый герцог вновь говорил:
— Мы с вами молодцы, Вильгельм. Сегодня его королевское величество подписал разрешение о повышении торговых льгот синтайским купцам, везущим нужные нам товары. Торговые пути будут шириться и укрепляться, а поднять пошлину мы сможем через несколько лет. Запомните: удачная торговля и политика — удел терпеливых.
Четко понимая, чем и как он занимается, Вильгельм испытывал внутреннее удовлетворение своей жизнью.
Не всегда поручения герцога были приятны, но генерал всегда находил способ выполнить их максимально эффективно. Однако дворцовые дела все же не занимали его время полностью. Оставались дни, когда он не имел конкретной цели, но вынужден был проводить их в компании королевских прихлебателей. Это было скучновато, иногда раздражающе, но почти терпимо.
Однако деятельная натура барона требовала движения.
