Она заводит руки назад, что-то делает на спине. И вытаскивает лифчик, не снимая платья. Швыряет его в меня.
Я готов его сожрать. Может, это поможет мне прийти в себя и остановиться. Не делать того, чего я не должен делать.
Лера продолжает извиваться. С закрытыми глазами. Как будто в трансе.
Я сильно кусаю губу, чтобы почувствовать боль и очнуться. Не помогает.
Тогда я хватаю графин с водой с тумбочки у кровати. Опрокидываю себе на голову. Ноль эффекта. Я лишь чувствую, что начинаю дымиться.
Дым валит из ушей!
Так, холодильник.
Там есть лед. Надо высыпать всю упаковку в трусы. Это должно помочь.
Но я не успеваю добраться до холодильника.
Лера идет ко мне. Медленно и изящно переставляя ноги на длинных каблуках. Виляя задницей так, что хвост свернул себе башку, пытаясь повторить эти движения. И стаскивая на ходу бретельки платья….
Я об этом мечтал с того самого похода в магазин. Я хотел увидеть, как эти бретельки спадут с ее хрупких плеч, обнажая грудь. И вот я это вижу.
Сначала обнажается верхняя часть округлых холмиков.
Но платье еще держится, даже без бретелек. Упругая девичья грудь не дает ему упасть. Лера тянет упрямую ткань вниз.
О, мой бог!
Я вижу ее розовые аккуратные соски. Они венчают идеальные полукружия. Это самое прекрасное зрелище на всем белом свете…
Кровь у меня в ушах стучит так, что я не слышу музыки. Но я ее чувствую. Потому что Лера все еще движется в ее ритме. Она продолжает свой безумный, развратный, убивающий наповал танец.
Это уже не стриптиз, это приват. Этому ее тоже учили на курсах стрип-пластике?
Она садится попой мне на колени.
Трется о хвост. Поворачивается ко мне лицом. Ее грудь напротив моего лица. Мой рот наполняется слюной.
Рука оказывается на ее спине. Сама. Я притягиваю Леру к себе. Осторожно касаюсь губами соска. Мои раскрытые ладони на ее голой спине. И я чувствую, как от этого прикосновения по ее телу проходит волна дрожи. Слышу, как с губ срывается хриплый страстный стон.
— Боже! — шепчет Красная Шапочка. — Я так давно об этом мечтала…
Я втягиваю ее сосок в рот, не касаясь его языком.
Потом проделываю тоже самое со вторым. Шапочка выгибается, стонет. Шепчет:
— Как приятно! Это просто… Боже! Я даже не представляла, что может быть так приятно.
Я пока еще осознаю, что происходит. Мне кажется, я все еще могу остановится. Я должен…
— Еще, — слышу я задыхающийся шепот. — Пожалуйста, не останавливайся!
Глава 38
Сергей
Теперь я подключаю язык. Облизываю ее соски, как самое вкусное мороженное.
