— То, в котором ты у меня на заставке — вообще бесподобно!
— Чего? — не понял он.
Я продемонстрировала ему экран телефона, где красовалась позорная фотография. Сергей Волконский в женском платье.
— Ты поставила меня на заставку? Круто. Я польщен.
С этого нахала ничем не собьешь спесь!
— Присоединитесь к нам? — предложил Волк. — У нас весело.
— Боюсь, групповуха — это не мое, — выдала я.
— Хочешь, пойдем в другой зал? — прошептал мне на ухо Илья.
— Давай лучше пройдем за наш столик.
Если мы уйдем в другой зал, Волчара подумает, что мне неприятно смотреть на его обжимания.
А это не так. Мне плевать!
Пусть он тут хоть хвостом своим голым размахивает. Я просто отвернусь.
У меня не получилось сесть спиной к Волку. Наш столик на двоих был расположен так, что мы с Ильей сидели к нему боком. Я старалась не смотреть в центр зала. Но там все время происходило какое-то движение. И я невольно поворачивалась.
Вскоре туда прибыли еще две девушки — тоже модельной внешности, в смелых, если не сказать вульгарных, нарядах.
Вся четверка так и сяк крутилась перед Волком, надувая губы, выгибая спины и выставляя вперед силикон. А он лениво ухмылялся и оказывал знаки внимания всем по очереди.
Кем эта зверина себя считает? Султаном с личным гаремом?
Бесит просто! Зла не хватает смотреть, как эти курицы перед ним унижаются…"
"Если бы не Волчара с его групповухой, наше свидание было бы прекрасным. Илья оказался внимательным слушателем, с интересом расспрашивал о моей совсем не интересной жизни.
Я быстро выболтала свои секреты: что у меня нет профильного образования, что я приврала в резюме. Но при этом Сэм считает меня перспективным сотрудником!
— А ты как попал в рекламу? — спросила я.
— Случайно. Но быстро понял, что это мое.
— Я много о тебе слышала. Но только полчаса назад узнала, что ты и есть тот самый Соболев!
— Как это? — не понял Илья.
Я ему объяснила. Мы посмеялись. И продолжили болтать.
Было весело. Илья много шутил — остроумно, а не пошло! Он мне все больше нравился.
Я перестала оборачиваться в центр зала. Я вообще забыла о сером похотливом Волке.
Он напомнил о себе, когда я пошла попудрить носик.
Поймал меня на выходе из дамской комнаты.
— Ты специально накрасила губы этой красной помадой? — прохрипел он, взяв меня за руку.
— Что значит: специально? — не поняла я его наезда.
— Я еще с Хэллоуина мечтаю, чтобы она отпечаталась на моем хвосте…
— Да пошел ты! — выпалила я.
Вырвала руку и зашагала прочь.
