– Да вот, зову тебя, а ты не выходишь, – понизил тон Крячко. – Подумал, что к тебе кто-то забрался.
– Да нет здесь никого, только я, – спокойно ответил Тихомиров и прикрыл дверь, оставаясь снаружи. Он спустился на тропинку, но подходить к Стасу не стал.
– А у меня машина заглохла, – пожаловался Крячко. – Как знал – ехать не хотел, но жена прислала за банками. А ты тут что делаешь в такое время?
– Дела, – уклончиво ответил Тихомиров, сохраняя дистанцию. – Завтра покупатель приедет, вот я с вечера решил приехать. Извини, в дом не приглашаю, там бардак.
Заглох, значит? А причину искал?
– Насколько это возможно, – ответил Стас. – Просто встал не под фонарем, а чуть дальше. Да и от фонаря света, сам знаешь, с гулькин нос. Думал «прикурить» от твоего аккумулятора.
– Тебе проще выйти на дорогу и поймать кого-то там, – рассудил Тихомиров. – Сразу и поедешь.
– В принципе, можно, – почесал затылок Стас. – Но почему-то подумал про тебя. Ну ладно, попробую найти еще кого-то. Может быть, и сам разберусь.
– Извини, друг, ничем не могу помочь.
– Да я понял. Но я еще спросить хотел.
Гуров приготовился. Стас тянул время, но Тихомиров мог психануть в любой момент.
– Спрашивай, – разрешил он.
– Как ты?
– Ты о чем?
– Ну… я про сына. Как ты?
Тихомиров задрал голову и замер в таком положении.
– Если я чем-то смогу помочь, то только скажи.
– Я просто хотел побыть один, – ответил на это Тихомиров. – К тебе это не относится. Ты там был, ты нашел Андрея, ты меня сейчас чисто по-человечески про него спросил.
А другие лезут в душу. Чужие люди со своими ощущениями моего горя. Моего.
Стас достал сигарету.
– Ты не против? – спросил он.
– У меня нет времени, я же сказал, – раздраженно повторил Тихомиров.
«Он не вынимает руки из карманов, – заметил Гуров. – И не понять толком, вооружен или нет. Похоже, что нет, иначе бы стоял в другой позе. Но, возможно, оружие у него в доме, а к Стасу вышел с пустыми руками только потому, что знает его. Но напряжен, и это заметно. Руки не протянул, ближе не подходит.
Дает понять, что его отвлекают. Однако разрешил Стасу остаться и закурить. Значит, пытается понять, опасен он или нет».
О Марине Гуров старался не думать. Все равно он ее не видел, а тот, кто ее похитил, находился прямо перед глазами.
«Жива, – внезапно понял Гуров. – Иначе бы Тихомиров свернул разговор еще раньше. Или вообще не вышел бы из дома».
– Я быстро покурю, раз уж такое дело, – пояснил Крячко. – Раз уж зашел разговор. Утешать не собираюсь, можешь не бояться.
