Красное на красном

Хорошо хоть без Бонифация обойдется! Ричард не сомневался, что Алва, по своему обыкновению, задумал раздразнить врагов, вот и посылает ко двору мужлана и дикаря. Теперь генерал-невежа и едва знающий талиг сын Бакны увидят Катари, возможно, будут целовать ей руку.

Катари… Тоска и любовь кружили над Диком черной одинокой птицей, и это кружение будет длиться, пока он дышит. Молодой человек поднял голову, следя за небесным скитальцем. Тот медленно проплыл над ползущей среди курганов колонной и полетел к уходящим в серебристую даль холмам.

Дик не понял, откуда взялась вторая птица, большая и яростная; казалось, ее породили исполненные осени облака. Ворон чудом увернулся от казавшегося неотвратимым удара, но вместо того, чтобы улететь, метнулся навстречу нежданному врагу.

Черно-золотистый комок камнем рухнул у третьего по счету холма, и в тот же миг Алва дал Моро шенкелей. Жеребец, с самого утра недовольный тем, что приходится плестись рысцой, распластался в бешеном галопе. Конь и всадник скрылись меж курганов, и Ричард, сам не понимая, что делает, послал Сону следом.

Мориска прянула с места и понеслась, топча высеребренные предзимьем сухие стебли.

Эра Дик отыскал быстро, вернее, это Сона нашла Моро, рывшего землю у подножия испятнанного черно-красными кустами холма. Герцог стоял чуть дальше, у самой границы зарослей, и у его сапог лежали две птицы – черная и золотистая. Враги то ли умерли в воздухе, то ли расшиблись о землю, лапы золотого были свободны, но даже смерть не смогла разжать когти ворона.

К мертвым птицам тянулись усыпанные красными каплями ветки. Это были ягоды, но Ричарду они казались кровью, а застрявшие в кустарнике черные и золотые перья – чудом уцелевшими листьями.

В зарослях что-то зашуршало, Рокэ выдернул из-за пояса пистолет и не глядя спустил курок. Раздался короткий отвратительный вопль, и все стихло. Дик с некоторой опаской раздвинул ветки и обнаружил странное животное. Больше всего тварь походила на обросшую чуть ли не человеческими волосами змею на кривых коротких ножках, и она была мертва – пуля перебила ей хребет.

– Степной ызарг. – Рокэ подошел глянуть, кого он подстрелил. – Решил, что у него удачный день, но ошибся.

Герцог снял с пояса фляжку с касерой, сделал пару больших глотков, остальное выплеснул на мертвых птиц и высек огонь. Касера вспыхнула синим пламенем, запахло жжеными перьями. Рокэ принялся ломать сухие ветки и бросать в огонь, Дик бросился ему помогать. Так костры не разводят, но у них получилось.