Но каковы бы ни были объективные или субъективные выводы, одного у него не отнять:
Ельцин навсегда останется в истории России ее первым Президентом, избранным свободным всенародным голосованием…
Савелий прямо из аэропорта позвонил Богомолову:
— Приветствую вас, Константин Иванович!
— Здравствуй, дорогой! — обрадованно отозвался генерал и спросил: — Ты где?
— В Шереметьево…
— Устал?
— Никак нет!
— Тогда ко мне?
— Конечно!
— Хотя нет. Ты где Новый год встречать собираешься?
— Не знаю, не придумал еще.
— Тогда давай посидим по-человечески, сначала попьем пивка, раков покушаем. А там и Новый год встретим вместе. Кстати, и дело к тебе есть.
— Где? — спросил Савелий, не обратив внимания на последнюю фразу.
— А догадайся с трех раз! — предложил Богомолов.
— У вас на даче! — с ходу ответил Савелий.
— Да ну тебя! — деланно рассердился генерал. — Нет, чтобы потрафить старику и хотя бы сделать вид, что не знаешь.
— Вот когда станете стариком, тогда и буду щадить ваше самолюбие, — в тон ему подхватил Савелий.
— Что взять по пути?
— Только раков и пива! — отомстил генерал и тут же рассмеялся. — Шучу: все есть! Сам приезжай, это и будет моей старухе новогодний подарок.
Все уши прожужжала: когда да когда приедет любимый крестник?
— Скажете тоже…
— А вот сам и спросишь…
— Да, чуть не забыл: дача-то та самая?
— А почему она должна быть другой? — удивился Богомолов.
— Кто его знает? Ведь вы сейчас заняли такой пост, что теперь даже и на «вы» к вам неловко обращаться, все мало кажется! — съязвил Савелий.
"
"— Ты договоришься у меня! На этой даче жили еще мои отец с матерью, а пост… — Константин Иванович вздохнул, — сегодня он есть, а завтра его нет…
— Костик-то все у вас? Как он, кстати?
— Костика я отправил на юга, здоровье поправить!
— Это только вопрос его здоровья, — насторожился Савелий, — или еще почему?
— Не дергайся! С ним все нормально: пусть подлечится как следует, перед тем как ты его снова куда-нибудь сосватаешь…
— Та-а-ак, — обиженно протянул Савелий, — выходит, я виноват в его аварии?
— Что ты такой ершистый стал? Пошутить уж нельзя! Я действительно рад тому, что ты его занимаешь серьезными делами! Я тебе не только его доверяю, но и свою жизнь могу доверить! — серьезно проговорил генерал…
Сначала Савелий хотел заехать домой, чтобы переодеться, но потом, осмотрев себя, подумал, что сойдет и так.
