Крестьянка в наказание

Две служанки тем временем внесли подносы.

Ох, какая же была посуда! Тончайшая! Разрисованная диковинными узорами, с позолоченными краями. Смешные крошечные вилы, ножички, всё такое красивое, тоненькое… Это всё разложили на столе и встали рядом. Чего это они?

— Что ещё прикажете, миледи?

— Спасибо, ничего не нужно. Дальше я сама, благодарю вас, — выдавила, не зная куда деваться.

Служанки ловко присели. Мне опять захотелось поклониться в ответ, но видать здесь такое не заведено. Герцог вон, был недоволен моей попыткой поклона.

Больше никому кланяться не буду!

Дверь закрылась за служанками, отрезав меня от коридора. Обессилено упала в кресло и уставилась на посуду. На столе несколько блюд, накрытых крышками и блюдо с крохотными пирожными. Я подобные несколько раз видела в витринах лавок, куда заходили нарядные барышни. Отведать и не мечтала. Красота! Разве ж можно их есть? На них можно лишь любоваться…

Воровато оглянувшись, не видит ли кто, выхватила одно пирожное и целиком засунула в рот… М-м-м!!! Облизала пальцы.

Это было сказочно! Такое кушать могут боги и очень богатые люди! Эх, угостить бы наших домашних, особенно матушку и Оленку, обожавших сладкое…

Быстренько передвинув пирожные, чтобы не было видно пустого места, приподняла крышки на блюдах. На одном лежало мясо, на другом тушёные овощи. Взяла ложку и наполнила тарелку, стараясь не стукнуть по ней ложкой. Надо успеть поесть, пока кто-нибудь не пришёл! Не умею я пользоваться всеми этими вилами да ножичками.

Ложкой сноровистее…

Проглотив несколько ложек божественно вкусных овощей (и как они их готовят?), осмотрела стол и добавила в тарелку нарезанной прозрачными ломтиками рыбы. Невольно посмеялась — вот и выгода от замужества. Где бы я этакую вкуснотень попробовала?

Когда блюда наполовину опустели, решила остановиться, хоть и непривычно это. За оставленную еду батюшка всегда очень ругался, но передо мной стояло, невыносимо маня к себе, блюдо с волшебными пирожными.

Ела их, облизывая пальцы и запивая из тончайшей чашечки, которую было страшно держать в руках, малиновым взваром. Съела все. Блюдо очень быстро опустело, а меня потянуло в сон.

Закончив трапезу, составила тарелки и чашечки, чтобы служанкам было поудобнее забрать. Руки тряслись, когда переставляла тончайшую посуду. Не приведи боги разбить. Вот будет позорище-то! Старательно сложила в кучку все неиспользованные вилы и ножички.