Комната была заставлена дорогими вещами, но все они как-то плохо сочетались между собой. Стеклянные безделушки, хрустальный графин на серебряном подносе, телевизор с видеомагнитофоном, непостижимо миниатюрная стереосистема, лампа из оникса. Посмотрев на лампу, Ребус поморщился: они с Роной подарили ее Майклу и Крисси на свадьбу. А теперь Крисси с ним не разговаривает. Что ж, это ее право.
— Кстати, а где Крисси?
— А-а, поехала по магазинам. У нее теперь своя машина. Дети еще в школе. На обратном пути она их заберет.
Останешься пообедать?
Ребус пожал плечами.
— Если останешься, мы будем рады. — Тут Майкл явно покривил душой. — Ну а как дела в участке? По-прежнему хватаете кого попало?
— Кое-кого мы упускаем, зато им не удается прославиться. Кое-кого ловим — тем удается. В общем, все как обычно.
В комнате стоял удививший Ребуса сильный запах печеных яблок, точно в дешевой лавчонке. Майкл продолжал:
— Вся эта история с похищением девочек — просто кошмар.
Ребус кивнул.
— Да, — сказал он, — ты прав. Но мы пока не можем утверждать, что речь идет именно о похищении.
До сих пор никто не попросил выкупа и не предъявил никаких других требований. Скорее всего, это обычный случай сексуального надругательства.
Майкл вскочил с кресла:
— Обычный?! Как можно называть такие ситуации «обычными»?
— Это просто терминология, которую мы употребляем, Мики, только и всего. — Ребус снова пожал плечами и допил виски.
— Но, Джон, — сказал Майкл, садясь, — у нас ведь с тобой тоже есть дочери. Ты так легко говоришь об этом деле, а мне о нем даже подумать страшно.
— Он медленно покачал головой, выражая сим многозначительным жестом сочувствие чужому горю и одновременно облегчение от того, что до поры до времени это ужасное горе его не коснулось. — Страшно, — повторил он. — Подумать только, именно в Эдинбурге! Ведь даже представить себе невозможно, чтобы в Эдинбурге происходило нечто подобное, правда?
— В Эдинбурге происходит многое, о чем никто и не подозревает.
— Пожалуй. — Майкл помедлил. — Я был там всего неделю назад, выступал в одной гостинице.
— Ты мне не сообщил.
Настал черед Майкла пожимать плечами.
— Разве тебе было бы интересно?
— Может, и нет, — ответил Ребус, улыбнувшись. — Но я бы все равно пришел.
Майкл рассмеялся радостно и удивленно, как смеются в день рождения или когда находят деньги в кармане старого пиджака.
— Еще виски, сэр? — спросил он."
"— Я уж думал, ты никогда не предложишь. Ребус продолжал изучать комнату, а Майкл направился к бару.
