Ребус присел на край стола и так сжал в руке карандаш, словно пытался его раздавить.
— Вот как? — сказал он.
— Да. Передо мной сейчас лежит листок бумаги с именами жертв. Вероятно, это можно было заметить и раньше, но мне только сегодня попалась на глаза газета, где перечислены имена сразу всех этих бедняжек. Видите ли, обычно я покупаю «Таймс», но сегодня утром просто не смог ее найти и поэтому купил другую газету, а там было это сообщение. Возможно, все это ерунда, простое совпадение, но, с другой стороны, возможно, и нет.
Решать вам, ребята. Я попросту выдвигаю предположение.
В кабинет вошел Джек Мортон, окутанный клубами сигаретного дыма, и, заметив Ребуса, помахал рукой. Ребус кивнул в ответ. Вид у Джека был усталый. У всех был усталый вид, а он, Ребус, отдохнувший и успокоившийся, болтал по телефону с каким-то сумасшедшим.
— Какое предположение, профессор Айзер?
— Вы что, не поняли? По порядку имена жертв таковы: Сандра Адамс, Мэри Андрюс, Никола Тернер и Элен Аббот.
— Джек поплелся по направлению к Ребусову столу. — Первые буквы имен этих девочек, — продолжал профессор, — образуют новое имя: Саманта [2]. Быть может, так зовут следующую жертву убийцы? Или же это простое совпадение и тут на самом деле нет никакой системы.
Ребус, со стуком швырнув трубку на рычаг, моментально вскочил со стола и схватил Джека Мортона за галстук. Мортон принялся судорожно глотать воздух, и сигарета выпала у него изо рта.
— Твоя машина внизу, Джек?
Все еще задыхаясь, тот кивнул.
Боже мой, милосердный Боже! Значит, все это правда! Все это имеет отношение к нему. Саманта. Все эти подсказки, все убийства задумывались просто как способ кое-что сообщить — сообщить ему. Боже милостивый! Помоги мне, помоги!
Следующей жертвой Душителя должна была стать его дочь.
Рона Филлипс увидела машину, стоявшую возле ее дома, но не придала этому значения.
Ей хотелось одного: поскорее укрыться от дождя. Она подбежала к парадной двери и сунула ключ в замок. Вслед за ней к двери не спеша подошла Саманта.
— Погода просто отвратительная! — крикнула Рона в гостиную.
Она встряхнула дождевик и направилась туда, где по-прежнему орал телевизор. В кресле она увидела Энди. Руки у него были связаны за спиной, а рот накрепко заклеен огромным куском лейкопластыря. На шее все еще болталась бечевка.
