Было в его внешности и жестах нечто неуловимо отталкивающее, неприятное. Невысокий, коренастый, с грубоватыми чертами лица. Цепкий, колкий, настороженный взгляд серых глаз, бегло разглядывающий гостей, останавливался чуть дольше положенного на красивых девушках. По лицу Виктора сложно было определить, о чём он думает, что чувствует. Голос ровный, спокойный. Русые волосы зачёсаны назад так, что открывают небольшие залысины над висками. Как Роман узнал позже, Виктор работал в милиции.
Сама же Катя, не похожая на свою младшую сестру, обладала выразительной внешностью.
Была выше среднего роста. Черты лица крупные, чёткие, правильные. Профиль, словно срисован со скифских ваз — красивый, ровный, с тяжеловатым для женщины подбородком. Голубые пронзительные глаза смотрят по-доброму из-под широких тёмно-русых бровей. Светлое волосы собраны на затылке. Было в её облике какое-то величие, особая стать, выделявшая из толпы прочих. Она Дашке была вместо матери. К ней Ромка сразу проникся симпатией.
Но вот самой Кате новый родственник пришёлся не по душе.
Для неё было в Романе нечто настораживающее. Каким-то бабским чутьём она знала, что не будет Дашке счастья рядом с этим человеком. Пыталась даже поговорить с сестрой, понимая, что растить ребёнка без отца тоже несладко. Но об аборте речи быть не могло, Дашка всем сердцем хотела этого малыша.
***"
"После свадьбы жизнь завертелась по-новому. Молодая жена на сносях чувствовала себя всё хуже и требовала к себе всё большего внимания. Ромка закрутился в водовороте последних событий, не находя времени для встреч с Андреем.
Но постепенно как-то всё улеглось, и к концу ноября он вспомнил о друге.
— Алло! Андрюх, привет! Как жизнь?
— Привет! Неплохо. Куда пропал?
— Дела были. Может, сходим куда-нибудь? Посидим. Я тебе последние новости расскажу. Ты вечером свободен?
— Да. Я с радостью.
Встретиться договорились у Гостинки. Роман пришёл первым. На улице уже стемнело, и фонари ярко освещали площадь. В воздухе, искрясь под желтоватым светом ламп, плыли снежинки.
К запаху мороза примешивались ароматы ванили и кофе, доносившиеся из кофейни, расположенной на углу. Снег сыпал сверху, хрустел под ногами, запорашивал чёткие контуры следа, оставляемого ботинками. Пытаясь согреться, Рома решил закурить.
— Привет! — широко улыбаясь, Андрей коснулся плеча друга, пытавшегося зажечь сигарету.
— О, Андрюха! Привет! — Роман обнял юношу, похлопывая по спине. — Куда пойдём?
— Куда скажешь.
— Отлично. Предлагаю в «Таверну».
