Криминальная история России. 1995 – 2001. Курганские. Ореховские. Паша Цируль

Один – пирамидчик, банкир, еще один нефтью занимался, ничего такого нет. А серьезные люди, вашей категории, воры в законе, сидят у нас на спецу, – и он, наклонившись, назвал фамилии и клички известных воров в законе. Паша был рад, что услышал такие погоняла, как Робинзон, Тенгиз и другие. Надо же, улыбнулся он, еще недавно к нему приезжали Сибиряк, Тенгиз и предлагали вместе с ними пойти в Бутырку навестить Шакро и других законников.

Паша тогда их отговаривал, не верил в успех этой акции. И все сложилось именно так, как он и предполагал.

Все нелегальные визитеры в Бутырке были арестованы, а затем на всю страну прогремела новость о так называемом «банкете» в Бутырке.

Их отправили в следственный изолятор, запланированная встреча не состоялась. А вот теперь, по иронии судьбы, Паша, который их отговаривал, сам сидит на Бутырке и будет иметь возможность общаться со своими корешами, друзьями, законниками, с которыми еще полгода назад говорил на воле.

Паша внимательно взглянул на Барабана и спросил:

– Откуда узнал, что меня к тебе посадят?

– Что ты, Паша! Еще вчера мы знали об этом.

Точнее, знали, что ты к нам заедешь, не именно в нашу хату, а сюда, в Бутырку, – стал объяснять Барабан. – А сегодня корпусной с вертухаем приходили, предупреждали.

– Кстати, что они за люди? – спросил Паша.

– Нормальные люди, правильные. Паша, марафетику не желаете? – неожиданно перейдя на «вы», обратился к нему Барабан.

Паша вопросительно посмотрел на него и ответил:

Тот быстро протянул Паше небольшую самокрутку, заряженную наркотиком.

– Ты это, – сказал ему Паша, – вроде парень правильный. Давай-ка отправь малявочку жуликам, что так, мол, и так, в хату к вам заехал Паша Цируль и всем кланяется.

– Хорошо, хорошо, Паша, сделаю! – заговорил Барабан, доставая листок бумаги, и тут же начал сочинять указанный текст.

Выкурив сигарету, Паша почувствовал себя полегче. Он улегся на шконку, задумался.

Ну что, наверное, самое трудное позади – когда опера издевались над ним, прессовали его по полной программе.

Вообще, такого пресса Паша на себе давно не испытывал. Нет, у него были задержания, и не раз, и даже после освобождения, но они всегда проходили в легкой форме, не с такими тяжелыми последствиями.

«Интересно, почему они так забычарились? – думал Паша. – Что послужило причиной? А вдруг я кому-то дорогу перешел? А вдруг кто-то меня заказал?» Да нет, вроде особых конфликтов с братвой не было, наоборот, он даже уклонялся от всевозможных разборок.