Что за? Откуда вообще такой тон? С чего вдруг Виктор объявился и теперь нагло качает права! Собственно говоря, о каких вообще правах может быть речь, если он уклонялся от алиментов?
— Хочу тебе напомнить, ты не желал видеть сына целых три года с момента развода. А уж про денежную поддержку вообще молчу. Как после этого ты вообще собрался Максу в глаза смотреть? Да он тебя даже не узнает.
Мой голос взвился вверх, и тут я поняла, что в палате стоит неестественная тишина. Все соседки притихли и теперь слушали мой разговор с бывшим мужем.
— По поводу денег мы лучше поговорим позже, — вывернулся Виктор. — Сейчас речь о другом. А именно о том, что я хочу видеться с сыном.
Я сжала кулаки. Вдохнула, выдохнула. И в следующий миг заставила себя включить голову. Хочет увидеться? Почему нет, хорошо, но есть ряд “но”…
— Сейчас я в больнице, как только выпишусь, готова с тобой встретиться и обсудить все детали. И эта встреча пройдет у нотариуса, где ты подпишешь бумаги о правилах твоего поведения с ребенком.
Ты должен понимать, что нельзя просто так привести к сыну незнакомого мужчину и сказать, что он его отец.
— Да неужели? Одного уже не просто привела, ты даже оставила с ним нашего сына, — голос Виктор сделался язвительным. — И я смотрю, там, в своей Москве, шибко умная стала. Угрожаешь мне нотариусом. Смотри ведь, я тоже пригрозить могу.
Его слова будто пощечина обожгли сознание, и я задохнулась от возмущения.
— Это еще чем?
— Отсужу сына, — выплюнул он. — Я консультировался с юристом по поводу Макса.
Прошлое решение суда можно оспорить, и если новый суд определит моему сыну новое место жительства со мной, то алименты придется платить уже тебе.
— Ты псих? — взвизгнула я, уверенная, что ослышалась. — Ни один судья не примет такого решения.
— Если только не представить доказательства, что у тебя нет своего жилья, сын не ходит в сад, постоянно болеет. Органы опеки также заинтересует факт того, что ты оставила Макса на попечение непонятно кому. Может, маньяку и педофилу, а сама в это время лежала в больнице, и не факт, что с почками.
— Голос Виктора сделался мерзким. — Может, аборт делаешь, может, венеру какую лечишь.
У меня зашлось сердце. Кристина, включи голову, спокойно вдохни-выдохни. Виктор блефует, ему не нужен был Макс почти три года, не нужен и сейчас. Значит, цель звонка иная, нежели испортить мне нервы."
"— Что тебе нужно? — уже другим тоном произнесла я. — Говори как есть. Тебе ведь что-то нужно, и это не Макс.
