…Капкан, как ему и положено, щелкнул совершенно неожиданно. Бежит себе зверь по снегу, не ожидая от окружающей природы ни малейшей пакости, — но тут что-то клацает с тупым железным торжеством, и вмиг оказывается, что лапа прихвачена надежнейше, намертво, как ни мечись, как ни вой…
Если по совести, совершеннейшей неожиданности, грома с ясного неба не случилось, все было иначе. Можно было просечь отточенным чутьем профессионала: игры, в которых ему довелось участвовать без всякого на то желания, не исчезают подобно кильватерному следу корабля.
Всегда что-то остается. Но человеку, как водится, хочется верить, что у его хлопот есть где-то четко обозначенный финиш…
Из крохотного засекреченного городка на берегу Шантарского водохранилища разъехались все — сначала заморские гости, потом тесть с тещей. А Морской Змей с ребятами отчалили еще раньше, пока Мазур бродил по тайге.
Он остался одинешенек, с приказом ждать дальнейших инструкций. А потому даже и обрадовался, когда появилась вот эта самая Света, на сей раз в своем истинном облике — не сержанта, а старшего лейтенанта, — и препроводила к Глаголеву…"
"Генерал был гостеприимен и благодушен — что как раз и настораживало.
Однако коньяк был отличным, поводов для выволочки вроде бы не предвиделось. А что еще требовать от общения с вышестоящим, пусть и проходящим по другому ведомству? Мазур скромно сидел, не торопясь с репликами, прихлебывал коньяк на иностранный манер, кошкиными глоточками, с видом величайшего внимания слушая рассказ генерала про то, как советские солдатики из Берлинской бригады в рассуждении, чего бы выпить, залезли в подвал к народно-демократическому немцу и сперли оттуда дюжину бутылок с какой-то слабенькой кислятиной, как потом оказалось — коллекционные напитки, славные своим почтенным возрастом.
— И больше всего дойч обиделся даже не на то, что винишко стрескали без всякого почтения, в подворотне, а из-за того, что до визита наших ореликов коллекция была полнее, чем аналогичное собрание у конкурента из капиталистической ФРГ, — сказал лениво Глаголев.
— Испортился немец при Адольфе, политику пристегивал ко всему, что движется… Еще рюмочку?
— Благодарствуйте, — сказал Мазур.
— Это в смысле «да» или в смысле «нет»?
— В смысле «да», — сказал Мазур. — Когда еще доведется, не по моему жалованью…
— Извольте. — Он наполнил рюмки и без всякого перехода сказал: — В общем, как гласят достоверные сплетни, по ту сторону океана все прошло гладко. Был кандидат — и нету кандидата, как слизнуло.
