Отчим так решил, а я не смогла смириться с тем, что в мою жизнь настолько лезут, – повествую, жалуясь ей. Ругая её, что она сама сбежала и не встала на мою сторону. Не помогла выйти из-под их влияния. Тётя бы могла меня защитить от отчима. Она сильная личность.
– А потом я узнала, что ты на Алима работаешь, – поняв мою обиду, она возвращается на прежнюю тему о том, зачем звонит мне.
– И как номер мой достала? – интересуюсь с упрёком. – Даже родители его не знают. А ты вдруг и узнала. Дядя Алим бы тебе точно его не дал, после того, что ты сделала.
– Я как-никак владелец крупного журнала, – не то хвастается, не то восклицает. – Соврала какой-то дурочке по телефону, что интервью у тебя взять хочу, как у приезжего французского дизайнера, который, приехав, сразу же нашёл работу. Она твой номер и дала. Пиар и хвальбу сотрудников все любят.
– Ясно.
– Я сейчас тоже в России, Аурора, – произносит спустя длительное молчание между нами, за которое я трясусь оттого, что Марк, не послушав меня, может зайти в мою комнату и случайно услышать мой разговор.
И даже звук льющейся воды, заглушающий всё вокруг, не помогает и не дарит чувство безопасности.
– В России? – напрягаюсь.
Этого мне ещё не хватало. А что, если Марк её увидит? Что, если он всё тогда поймёт и… И оттолкнёт меня?
– Да, – кивает тётя. – У мужа новый проект здесь. Мы уже около трёх месяцев в России. До этого в Дании были два года. А до этого ещё в пяти странах.
– Ясно, – повторяю, как болванчик китайский.
– Я хотела бы встретиться, родная, – озвучивает мой главный страх.
Нет, не её самой или встречи с ней, а страх того, что это может разочаровать Лапочку. – Увидеть тебя. Поговорить. Посмотреть, какой ты стала красавицей! Помочь может с чем-то или вообще…
– Зачем? – прерываю её, не давая договорить. – Ты не звонила и не вспоминала обо мне несколько лет, тётя. Я решила, что больше тебе не нужна. И, пожалуй, хочу думать так и дальше. Я никогда никому не была нужна. Все поиграют и бросают. Я начала новую жизнь, где нет места прошлому и старым знакомым.
– Я совершила ошибку, Аурора! – искреннее оправдывается. – Обида взяла верх надо мной. Тогда в суде твоя мама выступила против меня. Ты не пришла и я… Я решила, что ты на их стороне. И лишь спустя время я поняла, что мать могла тебя просто не взять. Так и было! Я знаю, что ты бы меня не бросила!
– Я не могу с тобой встретиться, – тяжело сглатываю, вытирая слёзы с щёк. Как бы ужасно это ни было, но я по-прежнему испытываю любовь к этой женщине.
