Но подобной ошибки я больше не допущу никогда… пять дней, Корис. Я даю тебе и твоему поселению пять дней жизни. Радуйся моей щедрости.
— Плевать я хотел на твою щедрость, Тарис. Приходи хоть сейчас. Если я и умру, если и паду от твоей руки, то поверь — я не буду особо сожалеть о своей гибели. Наша беседа закончена?
— Пока что да… но не мог бы ты починить мой любимый кинжал? Зря ты его сломал… ведь он олицетворяет меня самого, младшего близнеца, младшего из братьев, младшего из принцев… того, кто мог лишь смотреть, как его старший брат забирает себе все без остатка… я был сломлен тогда.
— Я подумаю, — легко пообещал я. — Либо починю, либо размолочу в пыль. Или же спрячу кинжал так далеко и глубоко, что его не найдешь даже ты.
— Сегодня по-настоящему отличный денек, — вздохнул Тарис. — Приятно обмениваться столь искренними угрозами со своим личным врагом. Через пять дней я сниму свой медальон с твоей окровавленной груди, Корис.
— Скорее, вытащишь его из моего окровавленного сапога, — рассмеялся я. — Слишком много чести для тебя, Тарис.
А когда снимешь с моего тела свой медальон, то ради того, чтобы найти кинжал, тебе придется нырять в глубокую яму с нечистотами. До встречи, Тарис.
— До встречи, Корис.
— И бойся! — в последний миг добавил я. — Бойся каждую ночь! Вслушивайся в ночную тьму! Потому что, может статься, что ты вновь услышишь мои шаги, вновь загремит цепь, и я вновь потащу тебя прямо к мертвым, стылым водам! И на этот раз я обязательно уверюсь, что ты никогда не выползешь наружу!
Странно, но ответа я не услышал.
Тарис молча проглотил угрозу, связывающий нас двоих тоненький поток жизненной силы иссяк, и старый костяной кинжал снова замер в мертвой неподвижности.
Кинжал… похоже, Тарис потихоньку подыскивает «ходы» к своему детищу. Опасно таскать такую игрушку с собой, особенно когда мы обговариваем наши дела, касающиеся обороны и военных хитростей. Я загодя почувствовал всплеск силы, но это сейчас. А в следующий раз некромант может нащупать связь с артефактом куда более мягко и незаметно.
— Все ли в порядке, господин? — донеслось от метателя.
— Более чем, — отозвался я без паузы, успокаивающе помахав рукой. — Более чем…
Кинжал… вновь мои мысли вернулись к нему.
Что делать с проклятым артефактом, воздействующим на всех, кроме меня?
Спрятать в недра скалы — там гномы.
Наверху — там люди.
Бросить в подземный исток озера, и пусть воды унесут его куда подальше? Прихоть судьбы невозможно предсказать. Кинжал может вынести куда угодно.
