Кровавая плаха

Махнет рукой Николай, да сделает, как жена просит.

Стала она уроки брать, да норовит принимать маэстро в такое время, когда Николая в доме не бывает, а прислугу по разным делам разгонит.

Как-то Николаю вышла необходимость срочно сделать в банке депозит, а вся наличность в домашнем сейфе хранилась. Вот и прикатил он на Саблинскую в неурочный час.

Из окон на всю улицу неслись звуки фортепьяно и голос жены, выводившей какой-то романс.

Мать, открывшая ему дверь, покачала головой:

— От этих музыкантов хоть из дому беги! — И в сердцах буркнула: — Вот уж точно: женился на скорую руку, да на долгую муку.

Поднялся Николай на второй этаж. Там в гостиной за роялем сидит в засаленном фраке, похожий на кузнечика, тощий долговязый человек при длинных усах и проборе посредине головы — месье Поль.

Он чуть кивнул Николаю, а жена и вовсе его не замечает, влюбленными глазками в месье вперилась, улыбается, будто даже заискивает.

Тошно стало Николаю.

Другой раз, освободившись от дел пораньше, он вернулся вдруг домой.

— Ну что, хозяин, дождались мы! Валентина Даниловна с этим хлыщом заморенным на лошадях уехала кататься.

— Эх, сыночек! Не зря тебя отец поучал: жене глупой спускать — добра не видать. Баба на сносях, а поведения такого, что впору ее обухом от дури лечить.

…Вечером в доме Кашиных было много шума: Николай наотрез запретил месье Полю бывать в его доме, а жене пришлось выслушать немало горьких упреков.

Но Валентину голыми руками не возьмешь.

— Помогите, люди добрые! Убивают, не дают на пианине распоряжаться! Сил моих больше нету такой реприманд выносить! Нынче же утоплюсь…

Собралась толпа. Хохочут, Николаю советуют:

— Когда топиться будет, ты, купец, не торопись ее спасать! Пусть малость в водичке охладится. Ну и баба нравная!

…На следующее утро кучер Прохор по приказу Николая свез в дом Чесноковой ее дочку вместе с пианино.

Фекла Егоровна надавала Валентине оплеух и отправилась на Саблинскую вымаливать прощения.

Николай жену в дом вернул на условиях: ликеру тайком в спальне не пить, папирос не курить и вообще свой испорченный ндрав не показывать.

Валентина обещала исправиться.

Пробежало холодное время года.

Весна 1897 года была дружной. Уже к Радонице — дню поминовения усопших, в садах и огородах выперла дружная зелень, воздух наполнился несказанными ароматами.