Объяснял это тем, что работает он много и усердно, по двенадцать часов, причём каждый день, вот только его рабочий день начинается часа в четыре по полудню и заканчивается под утро.
— Я ночной обитатель этого города, — говорил он, смеясь.
— И единственный, да? — поддевала его Настя.
Фёдор хмурился.
— Как-то грустно сразу становится. Для кого я всё это делаю?
А однажды Настя встретила во дворе вместе с ним молодую женщину, она показалась смутно знакомой, но вспомнить так сразу не получилось. Но Настя улыбнулась приветливо, когда поняла, что это пассия Фёдора.
Они вместе вышли из подъезда, сверху, из кухонного окна, послышался недовольный голос его матери, возмущавшейся по поводу того, что у кого-то не работа, а полное безобразие, раз шатаются где-то всю ночь, а потом спят по полдня, да и женщин себе под стать выбирают. Ведь, где это видано, чтобы приличная девушка спала до двух, да ещё в чужом доме. Настя невольно взглянула наверх, встретилась глазами с соседкой, а та, закончив свою обличительную речь, спокойно кивнула ей.
— Здравствуй, Настя.
— Добрый день, тётя Валя, — отозвалась она с улыбкой, а на Лера взглянула со значением. Но тот лишь отмахнулся от матери и сказал:
— Надо съезжать, запилила.
Девушка рядом с ним улыбнулась.
— Это она меня терпеть не может, — сообщила она, совершенно не обеспокоенная этим фактом. — Когда меня нет, она бегает за ним с тарелкой котлет и варит борщ. — Толкнула любимого локтем. — Поэтому он и не съезжает.
Фёдор смешно сморщился. Потом опомнился.
— Насть, ты помнишь Кристину? Вы, кажется, вместе учились.
Настя заинтересованно вздёрнула брови.
— Да?
— В параллельных классах. Мы с тобой вместе в соревнованиях по бегу участвовали пару раз, за школу бегали, за район. Но я перекрасилась в блондинку, вот ты меня и не узнаёшь.
Настино лицо разгладилось. Ей в какой-то момент стало неудобно, все её узнают, а она через раз на пятый. Так ещё решат, что зазналась она в своей Москве, здешние люди могут так сказать, она-то знала.
— Я помню, — поспешила сознаться она.
— Но меня цвет волос и смутил. — Руку для приветствия протянула. — Рада снова встретиться.
Кристина несколько растеряно взглянула на протянутую руку, а Фёдор откровенно усмехнулся, головой покачал.
— Ты совсем очумела в этой Москве, — огласил он то, о чём Настя подумала минуту назад. Она даже расстроилась немного.
— В меня так долго вдалбливали правила этикета, что мне без этого уже странно.
— Так правильно, Маркелов-то профессорский сынок.
