Я высунул руку в окно, и под мою ладонь тотчас накатила, подкидывая вверх, упругая воздушная волна.
– Ирэн, – произнес я тем тоном, каким говорят о какой-нибудь несущественной ерунде. – Ты что-нибудь слышала о строительной фирме «Пальмира»?
– Слышала, – ответила она, нажимая на кнопки магнитолы и пытаясь найти музыку. – В прошлую пятницу к нам приходил молодой человек по фамилии Фатьянов. Он принес проект договора с «Пальмирой». Тебя в это время не было, ты, кажется, летал.
– Что за договор?
– О строительстве коттеджа где-то в горах.
Молодой человек попросил проверить серьезность намерений этой фирмы.
– Проверила?"
"Ирэн нашла радиостанцию, которая передавала песню Меладзе, и сделала погромче.
– Да, я навела справки. Это вполне приличная организация, которая уже восемь лет строит особняки и коттеджи. Никаких судебных исков по отношению к ней не было, банковские счета не арестованы, все налоги выплачены. В общем, полный порядок.
– Ты дала этому молодому человеку расписку о неразглашении сведений, которые были в договоре?
Ирэн, кажется, поняла, что мое любопытство – вовсе не повод для начала веселой болтовни.
Она кинула на меня короткий взгляд. Темнота скрывала от меня ее глаза, но все же я почувствовал настороженность.
– Расписку? – произнесла она, делая большие паузы между словами. – Конечно. Я дала ему расписку и сделала об этом пометку на договоре. А что? Ко мне есть какие-то претензии?
Ирэн уже поняла, что романтического вечера на диком пляже не будет и что сейчас ей придется оправдываться и держать оборону.
Наверное, она застыдилась своей наивности, которая кружила ей голову по дороге к кафе. Нервным движением выключила магнитолу, сняла заколку и тряхнула головой, будто хотела закрыться волосами как щитом. Я попытался ее успокоить:
– Нет. Просто мне хочется узнать, чего опасался молодой человек? В договоре была какая-нибудь необыкновенная информация?
– Ничего особенного. Стандартный типовой договор: сроки, выплаты, контроль качества работ, штрафные санкции и так далее.
– Адрес Фатьянова был указан?
– Да. Южнобережное шоссе, дом триста девяносто.
– А квартира?
– Квартиры не было. Наверное, это особняк.
Она все чаще поворачивала голову и вопросительно смотрела на меня. Мы рисковали не вписаться в поворот и свалиться с обрыва.
– Ирэн, скажи мне, – произнес я, и по моему тону Ирэн поняла, что сейчас я задам подытоживающий, главный вопрос.
