Крысиные гонки

Бабкины родичи, как водится у городских, приехали налегке, не взяв с собой ни постельных принадлежностей, ни одеял-подушек; а у бабки, понятно, не мотель, на всех не хватает… а то всё-таки родственники, хотя и дальние, а кто им две мувских красотки из престижного в прошлом Мувск-балета, с чего их-то ублажать? Тётка, собственно дальняя родственница бабки, не то внучатая племянница, не то племянница внучки, смотрела косо, всячески оберегая своего толстопузого мужа и, главное, женатого сына с невесткой-дылдой от общения в тет-а-тет с «этими мувскими вертихвостками», которые, как она очевидно считала, только и думают как посягнуть на такие мужские достоинства… Хорошо ещё что бабка привязалась к девчонкам и не гнала их в «общагу коммуны»; опять же и бабке, и её родичам перепадало кое-что от коммунарского пайка, то есть совместное проживание было взаимовыгодным; но «жилищные условия», увы, ухудшились… а что же будет зимой, придётся перебираться в дом, и спать там вповалку на полу в тесной комнатёнке.

— Ну, Мэгги… Ну, чтоб он не гнобил пацанов. Я же знаю, он к ним плохо настроен. Да что говорить, это всё из-за Витьки. Поговори, а?

— Надь, ты в своём уме? Что я ему скажу? Отвянь от пацанов, потому что Надька с Вовчиком трахается?

— Ну и что… ну и трахаюсь. Ты ж для этого меня и потащила в баню тогда… типа в баню. Я ж ничё. А Вовчик классный пацан.

— Скажи — «и Вовка классный пацан». У тебя все классные с кем ты трахаешься.

— Я с Вовкой не трахалась, не наговаривай. Ну Мэээгиии…

— Не буду на эту тему с Андреичем разговаривать. Да и не послушает он меня.

— Как это «не буду разговаривать!»?? — Надька аж села на лежанке от возмущения, — Тебе что, всё равно?? Если Борис Андреич с Хароном пацанов выживут из деревни, а то и грохнут… — а Витька при своих «дружинниках» грозился, что грохнет! — тебе что, это всё равно?? Они девчонок спасли тогда на поляне!

— Ну и что? Нас-то они не спасали? Нам-то что им быть благодарными, за что? И для чего.

— Это они мне благодарны должны быть.