Крысиные гонки

 — Вовчик поставил пустую банку на лавку и карикатурно изобразил несколько физкультурных движений, — Три-четыре, руки шире… приседайте, три-четыре… Вовк! Ну чо — ща завтракаем, — и ты к Вадиму, я к девкам, и с Катькой — к священнику, «на пригорок», договариваться о переезде? Как вчера говорили.

— Угу. Иди, Вовчик, полей на спину. Альбертик не борзел больше?

— Не-а. Как ему Зулька глаз подбила, так дуется, и не разговаривает ни с кем. Избалованный ребёнок, бля. Сколько мы их кормить будем…

— А всё.

— Ага, с моего, с нашего огорода. Тоже нафиг надо. Вообще вот прикинь: Рома пропал, и всё, они как семейная общность кончились… Лаются друг с другом каждый день, каждый сам по себе, плюс где жрать взять не знают… городские, бля.

— Хы. Мы сами городские.

— Мы не такие. Мы городские с понятием… А как та чурка Инессе короткую жизнь нагадала, так та вообще в прострацию впала, обиженная на всех и на каждого, и больше на Рому, что пропал, негодяй такой!

— Да уж, «нагадала» та цыганва ей круто…

Это случилось позавчера, уже под вечер.

Артишок залаял, явно как на чужого, и Вовчик вышел посмотреть кого это ПРИНЕСЛО. Оказалось, принесла нелёгкая нерусского вида тётку, лет 45-50-ти, точнее не скажешь, одетую разномастно и неопрятно, с кучей юбок и подъюбников над полной задницей, с полуседыми волосами, выбивавшимися из-под цветастого платка, и с взглядом цепким и вороватым.

Такие, или почти такие уже не раз в последние дни захаживали почти во все дома Озерья, обычно сопровождаемые парой ребятишек, попрошайничали «на еду». Причём тётки были разные, а ребятишки одни и те же, явно взятые для давления на жалость; но это не очень прокатывало ввиду уже не младенческого вида сорванцов, так и стрелявших глазам где и что стырить; но, видимо у «чурок», как их называли, не разбираясь в национальностях в деревне, с детьми было негусто; да и откуда, если они были все в основном приезжими на заработки из среднеазиатских республик, кто же с собой на заработки грудничков потянет.

В Озерье стали на ночь крепко запирать ворота и калитки, не говоря уж о дверях домов, а Витька Хронов грозился устроить силами дружины облаву и прочёсывание в окрестных лесах, чтобы отловить бродящих вокруг деревни чурок, «пусть только Громосеев подвезёт оружия побольше».