Крашеные волосы каштанового цвета уложены в симметричные волны с помощью химической завивки. На лице немного макияжа, в глазах холодность и враждебность. Она с легкостью принимает у меня цветы и торт и уходит ненадолго в кухню.
А я прохожу в квартиру моего детства, снимаю с себя легкий бежевый плащ, и тут мама возвращается к гостье в прихожую и её глаза округляются от удивления.
— Мама дорогая! — обхватывает ладонями лицо и качает головой. — Да тебе же рожать скоро! Это форменное безобразие, Диана, что я обо всем узнаю последней!
Она злится, и я понимаю ее чувства.
Но так же осознаю, что не хочу подпускать собственную мать к своей изменившейся вдруг жизни. Моё, сама, хватит…
— Марлевые подгузники уже приготовила? Пеленки погладила? Да ты и пеленать-то не умеешь, — мама равнодушно машет в мою сторону рукой и делает вид, что из меня получится никудышная мать. — Не волнуйся, я все сделаю вместо тебя. Сколько у меня есть времени на подготовку? Неделя, две?
Куда мне до её идеальности. Возможно, так и будет — я никогда не стану совершенной мамой, но, по крайней мере, попытаюсь дать своему ребенку право выбора и свободу без осуждения.
— Мам, я хожу на курсы будущих родителей. Сейчас не пеленают детей, начиная с роддома, и используют одноразовые подгузники, которые потом утилизируют. Со времен, когда я была маленькой, многое изменилось. Поэтому думаю, тебе не стоит уж так заморачиваться. Я все сделаю сама… с Даней.
Прохожу на кухню, сажусь на диванчик и стараюсь говорить как можно спокойнее и понятнее для неё.
Рассказываю о новинках в современном детском мире — о слингах, молокоотсосах, видеоняне и партнерских родах. Конечно же, умалчиваю о том, что мы с Даней будем рожать вместе — для мамы, которая все еще живет мыслями в постсоветском пространстве такое принять очень сложно."
"— Много там знают на курсах ваших! — ее строгое лицо кривится от раздражения, и я понимаю, что мне будет сегодня ой как непросто. — Я понимаю, что таким образом ты пытаешься избавиться от меня, но учти — своего внука я буду навещать в любое время, как бы ты этому не сопротивлялась.
Нужно просто не принимать близко к сердцу ее выпады и обвинения. Быть спокойной и это совершенно точно обезоружит её. Понимая, что развить тему не получается, мама подпирает голову рукой и продолжает как ни в чем не бывало:
— Я уж думала, что ты никогда мне внука не подаришь. Ты же была этой… как её…
— Чайлдфри, — напоминанию маме.
— Точно! Я смотрела про них по телевизору.
