А сейчас больше похоже на то, что Кочевников просто давит на меня своим возрастом и авторитетом.
— И где ты его откопал, Ваня? — спрашиваю у друга, доставая из загашника коньяк.
Вообще-то я не переношу алкоголь, но сегодня именно тот случай, когда просто нужно выпить, чтобы промыть мозги от всей этой хрени. Мамонтов цепляется своими пухлыми пальцами в бокал и качает головой словно неваляшка. Видно, что ему тоже гадко, но мне не меньше.
- Я не знал, что так выйдет… Кочевников сам на меня вышел, предложил сотрудничество, рассказал все преимущества ведения нашего совместного бизнеса.
И ведь по первой всё шло хорошо, я не видел подвоха!
— Успокойся, Мамонт, я тебе верю.
Опустошаю коричневую жгучую жидкость до дна, чувствуя при этом неприятное жжение в горле. Все-таки алкоголь это не моё.
Наш разговор медленно перетекает из обсуждения рабочих моментов в простую болтовню о делах семейных. Вдруг Ваня бьет себя ладонью, по лбу вспоминая об одной важной новости.
— Вот блин, представляешь, на прошлой неделе жена спалила мою переписку с Маринкой. Закатила дикий скандал… Пришлось раскошелиться на подарки, цветы и пообещать грандиозное празднование Дня рождения дочери. Сто человек пригласила эта несносная женщина! Сто, Даня! Так что в эту субботу ждем всё ваше семейство в ресторане «Парус» — приходите с Дианой и Кристиной.
— Спасибо за приглашение, Мамонт. Обязательно будем.
Глава 35
Диана.
Странно, но сегодня я действительно выспалась и все благодаря Воронову, который нянчился с малышкой и укачивал её на руках. Скорее всего, её волнуют ненавистные колики, которые я была уверена, нас обойдут стороной.
Когда спускаюсь на первый этаж, мама уже хозяйничает на кухне. Жарит блинчики, готовит чай и овсянку с ягодами для меня. Доброжелательно улыбаюсь и понимаю, что те дни, которые мама будет жить у нас, я могу расслабиться и почувствовать себя ребенком.
Воронов наспех допивает кофе и разговаривает с кем-то по телефону.
А затем просто машет рукой на прощание и скрывается за дверью, убегая на работу. Весь в делах, заботах. У него есть жизнь помимо дома, а у меня нет. Это я больше месяца сижу с малышкой дома и боюсь выйти в люди, переживая, как Крис перенесет подобное мероприятие.
Но, кажется, сейчас наступил тот критический момент, в который я или отупею окончательно или вырвусь из своего кокона и растормошу мозги.
