Кто ты, моя королева

"

"В спальню меня вернули опустошённой и уставшей. Истерика прошла, оставив неприятное чувство отупения. Сэльма усадила завёрнутую в полотенце меня в кресло у окна и принялась перестилать постель. Дав мне возможность наконец рассмотреть мою комнату полностью. Правда начала я не с комнаты. Взгляд сам собой устремился к зеркалу, впитывая незнакомые черты. Королева оказалась невысокой, ладная, женственная фигура, длинные, тёмные, немного вьющиеся волосы, в отличие от моих прямых, хоть и похожего оттенка. Глаза карие, цвета тёмной карамели, в моих больше зелёного оттенка, рот немного крупнее моего, красивой формы.

В общем внешность не отталкивающая, а если убрать болезненную бледность и тёмные синяки из-под глаз, то и весьма привлекательная. Но я и на свою не жаловалась.

Отвернувшись от зеркала, окидываю взглядом комнату. Большая, просторная. И была бы светлой, если бы занавески на окнах раздвинуть. На стенах вышитые гобелены, изысканная лепнина на высоком потолке, огромная кровать с тем самым балдахином, вышивка на сине-зелёной ткани смотрится эффектно, но надоела до чёртиков.

Кресла с такого же цвета обивкой, пуфики, расписанный прикроватный столик. Тяжёлые портьеры, в живописных складках. Однотонный пушистый ковёр. Деталей много, здесь очень красиво и даже уютно, несмотря на очевидную роскошь. Интересно, это покои королевы? Наверное нет, раз король её, то есть меня, прячет от придворных.

Эх, в окно бы посмотреть. Но не всё сразу. К тому моменту, как Сэльма заканчивает перестилать постель, я уже едва могу сидеть, несмотря на многочисленные подушки, которыми она меня обложила.

Тело ломит, мышцы болят, в позвоночнике словно игла торчит, делая малейшее движение адски неприятным. Так что, когда моя сиделка, поднимает мою бренную тушку и тащит обратно к кровати, я не скрываю облегчённого вздоха.

– А теперь массаж, ваше величество. – бодро сообщает целительница, и переворачивает меня лицом вниз.

А-а-а! Всё! Мне не надо больше притворяться. Когда она заканчивает со мной, я чувствую себя побитой макарониной и ненавижу её вполне искренне.

Садистка! Самая настоящая садистка! Заберите её обратно в госпиталь. Сэльма невозмутимо помогает мне надеть чистую ночнушку и, как Варэк, поднимает надо мной светящиеся руки.

– Вот и хорошо, вот и чудненько. Вы поразительно быстро восстанавливаетесь, ваше величество. – довольно сообщает, не обращая внимания на мой злой взгляд. И с энтузиазмом добавляет. – Скоро начнём с вами упражнения делать.