Кто ты, моя королева

Взяла и вонзила свои зубы, а потом… лизнула кожу, обдав жарким дыханием, окончательно избавив меня от способности здраво рассуждать. Инстинктивно сжав хрупкое тело в своих руках, чувствуя, как кровь бурлит в венах, разбуженная этой пьяной лаской моей новой законной жены, я смог лишь выдавить из себя хриплое.

– Что ты творишь?

А в ответ услышал тихий стон и мерное сопение. Серьёзно? Доведя меня своей выходкой до состояния каления, эта бесовка просто взяла и уснула?

Скрипнув зубами, я поудобней перехватил девушку и нажал на камень одного из перстней, активируя вызов.

Стоять здесь посреди коридора с ней на руках не самое разумное дело, так что пускай ползающим графом лучше Гиерно занимается.

Глава моей Службы Безопасности явился очень быстро, скорее всего он ждал прямо за дверью. Всегда удивляла способность друга угадывать, что от него потребуется.

– Ваше величество? – вопросительно изогнул он бровь, цепким взглядом окидывая представшую ему живописную картину. – Чем могу помочь?

Я кивнул головой на замороженного посла.

– Этому дай два глотка Забвения. Тайрэн сейчас принесёт, а потом позаботься, чтобы он даже не догадался, с кем разговаривал.

Гиерно невозмутимо кивнул, словно ничего необычного не было ни в моём приказе, ни в том, что на моих руках мирно сопела королева, прижимаясь так, словно я был для неё самой вожделенной подушкой.

– Сделаю в лучшем виде, ваше величество. – произнёс он и я смог наконец унести свою ношу в сторону наших покоев.

И вот, что с ней делать? Отрицать вожделение испытываемое мною к этой женщине глупо. И пусть виной тому наша связь, легче от этого не становится. И она не облегчает мне задачу, столь откровенно показывая, что по крайней мере её тело точно не равнодушно ко мне. И если убрать въевшуюся в кишки неприязнь к этому личику, то причин сдерживаться у меня станет совсем мало. Уже сейчас часть меня задаётся вопросом, а есть ли они вообще. Вот удружила Богиня.

Возле её покоев, как я и приказал, стояли стражники.

Один из них, увидев меня, тут же открыл дверь, давая мне дорогу. А в покоях никого не обнаружилось. Сэльма не камеристка и ждать свою госпожу не догадалась, а камеритске я позволил только помочь королеве.  Так что, пронеся жену в спальню и уложив на кровать, я озадачился тем, что её надо бы раздеть. Затянутая в это платье, она вряд ли хорошо себя почувствует, когда проснётся. Мне ведь невыгодно, чтобы ей было плохо? Невыгодно.