Но я видела, что он мыслями уже далеко, словно решает какую-то сложную задачку. И вскоре действительно извинился и, сославшись на важные дела, покинул меня. А я задумалась не посвятить ли мне остаток дня подготовке к встрече с Яргардом.
Права была настоятельница. Выбор то был сделан ещё вчера утром. А может и до его предложения. Мне нравится этот мужчина. Да, мне страшно полюбить его безответно. Но я пожалею, если не рискну. Он будет мне мужем. Мужем. Так неужели я не смогу привлечь его? Особенно, если он согласится с моими условиями.
Я уже потянулась к колокольчику, чтобы позвать камеристок и попросить их помощи, как в дверь снова постучали. Вместо стражника на пороге появился уже знакомый мне королевский секретарь с какими-то разнокалиберными коробками в руках.
— Добрый день, ваше величество. — поклонился он и прежде, чем я успела ответить. — Ваш супруг прислал вам вот это. И велел передать, что зайдёт за вами через четыре часа.
Сгрузив свою ношу на диванчик напротив меня, молодой человек поклонился и удалился.
А я в полной прострации протянула руку к запечатанному конверту, прикреплённому к верхней коробке. Снова послание.
“Приглашаю тебя, моя королева, на прогулку по вечерней столице. Думаю, тебе будет интересно увидеть мир, который может быть у твоих ног.
Яр.”
Глава 12
Яргард
И вот откуда во мне это бесово благородство взялось? Два дня. Два дня медленной прожарки в котле собственной неудовлетворённой похоти приправленной странной потребностью видеть и ощущать объект своего вожделения.
И ведь сам дал слово, что не буду её посещать, дабы не давить. Ну не дурак ли?
А всё почему? Потому, что она повела себя абсолютно не так, как я ожидал. Я держал её в руках, чувствовал дрожь её тела, ощущал аромат её желания, слышал стоны, прерывистое дыхание и видел в глазах, как ей хочется согласиться, но вместо того, чтобы сдаться своей страсти, подчиниться мне, Нэлли спросила, не причинит ли своим решением боль моему сыну.
Что это? Она действительно настолько самоотверженна? Или это уловка, чтобы стребовать с меня побольше? То, что эта женщина умна, не вызывает сомнений. Как и то, что она способна на сочувствие и сопереживание. Так что скорее всего и то, и другое.
И вот, движимый интересом, до чего же она додумается и чего будет требовать, я, вместо того, чтобы дожать и получить такое нужное мне согласие, сам подписался на эти бесовы два дня.
