– Здесь не Париж, дорогая моя, – возразил Рэнд, – а всего лишь маленькое провинциальное местечко, где традиции поддерживаются столетиями. Я мирюсь с ними, а ты, похоже, против? Тебе они не по вкусу!
– Пойми, мне непереносимо скучно!
Рэнд расхохотался, в глазах его сверкнул озорной огонек.
– Вот никогда бы не подумал! – весело сказал он.
– Боже мой, – простонала Розали. – После того что случилось в Париже, я думала, что никогда не захочу возвратиться туда, но теперь я сыта по горло этой скукой и готова даже пешком уйти.
Все здешние разговоры сводятся к тому, как надо содержать в порядке дом, как заставить слуг побольше работать, что есть на завтрак в особенно жаркие дни… А те, кто умеет читать, – ты думаешь, они теряют время на газеты или, скажем, на Мольера? Ничего подобного, они читают только журналы мод! И болтают о шляпках и модных прическах!
– Рози, дорогая, – сказал, улыбаясь, Рэнд. – Я с радостью приглашу тебя в нашу мужскую компанию, но думаю, твое присутствие будет многих сдерживать.
Не меня, конечно, ты понимаешь…
– Я знаю, – прервала она его. – Ты по крайней мере не запрещаешь мне высказать все, что я думаю. Но если эти мадам и мадемуазель такие дуры, что позволяют держать себя в отдельной комнате! Они-то уж точно не решатся противоречить тому, что говорят их мужья.
– Если ты намерена присоединиться к компании джентльменов во время нашего завтрашнего визита к Хуралтам, боюсь, твои надежды не оправдаются. Пойми, мы уедем отсюда уже очень скоро, и времени, которое мы здесь пробудем, не хватит на то, чтобы поломать вековые традиции.
Но зато ты успеешь стать знатоком модных шляпок!
– Тогда не удивляйся, если к концу нашего здесь пребывания мой интеллект снизится до младенческого уровня.
Рэнд сдержал улыбку.
– Большинство мужчин отнеслись бы с восторгом к такой перемене, – подчеркнуто серьезно проговорил он.
– Но только не ты, Рэнд! – возразила ему Розали. – Не ты… Ты терпеть не можешь глупости.
– Ты, оказывается, отлично узнала меня за это время, – мягко, но слегка насмешливо произнес он.
Не желая больше спорить, Розали вздохнула и встала с кресла.
– Спокойной ночи, Рэнд, – сказала она.
– Спокойной ночи, – улыбнулся он.
* * *В последующие дни Розали терпеливо выносила всевозможные визиты, поняв, что, хотя здешние женщины и не блистают особой эрудицией, все же их общество может доставить хоть какое-то развлечение.
