– Пытай эту девку до тех пор, пока не расскажет тебе всю свою жизнь в полных подробностях. Ты должен узнать, откуда она взялась, куда дела Сьюзен и, главное, Сердце Дракона. А затем… Затем я скажу тебе, что с ней делать.
ГЛАВА 41
Пока два дюжих служителя жреца в темных хламидах меня куда-то волокли, Базилик приговаривал:
– Даже не надейся сбежать, как в прошлый раз, отродье! Сейчас ты будешь надежно заточена вместе с фамильяром в моем храме.
Я все так же молчала, стараясь не выказывать страха.
Понимала, что это только обрадует мучителей.
Драконица внутри очень помогала – ведь она была смелой, мудрой и бесстрашной. Не будь ее, я бы уже, наверное, билась в дикой истерике.
Увы, человеческое начало, остающееся во мне, не могло похвастать таким самообладанием.
Мне было страшно. Очень, очень страшно! Как и любой человек я боялась изощренных пыток, которым меня может подвергнуть жрец. А он может, не сомневаюсь!
Но еще больше я боялась рассказать под пытками, что наследник Сайфера жив и собирается занять место на троне.
Цезарион не должен узнать о планах Ригана!
Ни в коем случае! Никогда!
Я видела, что следом тащат клетку со Злыднем и сердце сжималось от тревоги и беспокойства за своего пушистого фамильяра.
Наверное, только сейчас я осознала, как сильно полюбила его! За прошедшее время перс стал мне настоящим другом, верным помощником и добрым советчиком. При виде бесчувственного котика в клетке все внутри переворачивалось.
Когда Базилик будет меня пытать, то перс испытает всю эту боль на себе!
Такого я допустить не могла.
Но не могла и рассказать о Ригане и тридцати тысячах войнах Цезариона, перешедших на сторону наследника белого дракона.
Вскоре мы оказались в храме темных практик, которым заведовал Базилик.
Только храмом это назвать можно было с большой натяжкой. Скорее, небольшая часовня из черного кирпича где-то на задворках Стальной Башни.
Внутри было очень душно, сперто и царил специфический запах каких-то курений. Все окна были плотно закрыты ставнями, чтобы ни единого лучика солнца не проникало в это мрачное царство.
Единственным источником света здесь были свечи, расставленные повсюду. Они были из разноцветного воска – красного, синего, зеленого, черного… Это вызвало у меня ассоциации с тем, когда я попала в этот мир. Соня, вернее, Сьюзен Салосская расставила такие же разноцветные свечи по лучам пентаграммы.
А я тогда подумала, что провалилась в люк в полу!
Когда это было? Полгода или год назад?
Удивительно, но я уже не помню.
