Кукла моего отца (СИ)

Сейчас до меня доходит, как выглядело то, что мы с сыном моего мужа ушли вместе, едва ли не держась за руки.

– Ты не предохранялся, – ставлю ему в укор.

Он наконец отстраняется, отходит на шаг и принимается приводить свою одежду в порядок, рассматривая меня из-под ресниц.

– Представь себе, я не планировал тебя трахать, – отвечает он почти мягко. Без издёвки, и я начинаю понимать, какое испуганное и одновременно обиженное выражение на моём лице.

Он тут же поднимает руку, останавливая меня. Вся мягкость пропадает, глаза становятся холодными и жёсткими, а губы сжимаются в тонкую линию.

И я догадываюсь, что он понял, что я собиралась сказать.

– Он не узнает, если ты не проговоришься.

Я почти физически чувствую, какую борьбу он ведёт с самим собой. Ему претит скрываться от отца.

– С-спасибо, – благодарю я, запинаясь, понимая, что в глазах парня я упала ниже некуда. Да и в своих, впрочем, тоже.

– Вытрись, – он достаёт платок из кармана пиджака и протягивает мне.

В голове тут же возникает образ путаны, которая только что позволила воспользоваться своим телом за небольшую плату в тёмном переулке и теперь стирает следы полового акта.

Я понимаю, что стремительно скатываюсь на самое дно. Сегодня я переступила очередную черту, но только сейчас поняла, что потеряла уважение Йена. Не оттого, что отдалась ему. А потому что веду себя как потаскуха. В его глазах я женщина, которая изменяет своему мужу. Старому, брюзжащему, пахнущему лекарствами для нормализации сердечного ритма. С молодым и полным сил мужчиной.

– Пойдём, я выведу тебя отсюда в лаундж-зону, – кивает он в обратном направлении от того места, откуда мы пришли.

Ему оказались хорошо известны лабиринты этого здания, где частенько проходили вечеринки его команды. Айс привёл меня в зал, где играла тихая музыка, а гости потягивали алкоголь и курили кальян.

Он уже собирался молча уйти. И тут до меня доходит, что это лишь для того, чтобы его отец не застукал нас вместе. Я действительно не ожидала подобного благородства от парня, который трахал пару минут назад свою мачеху.

– Йен, – останавливаю его, ловя за рукав. Он смотрит на мою руку не поднимая глаз, будто я вдруг стала ему противна, и сама близость со мной вызывает у него отвращение. – Спасибо.

Поднимает длинные ресницы и бьёт холодом, сквозящим в голубых глазах.

– Спасибо, что трахал, или спасибо, что не воспользовался моментом и не избавился от лишней наследницы?

Он не облегчает мне жизнь. Становится ещё паршивей.