Куколка последней надежды

Женщина нерешительно посмотрела на лежащие на прилавке пакетики.

— Договоримся так, — Вербиус дружелюбно посмотрел на покупательницу. — Вы живете неподалеку?

— Да, мы с мужем только переехали на Лялин переулок.

— Вот и замечательно. Возьмите мои порошки и дайте их ребенку. Если они помогут — зайдете как-нибудь и заплатите.

— Берите, милочка, и не сомневайтесь, — кивнула старушка. — Поверьте, вы больше никогда не пойдете в обычные аптеки. Господин Вербиус, моя мазь…

— Давно готова, — старик выставил на прилавок маленькую баночку.

Аптекарь тепло распрощался с женщинами и перевел взгляд на Тори:

— Не все верят, что старые рецепты могут быть лучше современных антибиотиков, — усмехнулся японец.

— Мне трудно конкурировать с телевизионной рекламой, — рассмеялся Вербиус. — К тому же мои рецепты не годятся для промышленного производства.

— Слишком хорошо помогают.

Вакагасира был на сто один процент уверен, что говорит с нелюдем, скорее всего с эрлийцем, но снова поймал себя на мысли, что смотрит на старика, как на человека.

— Так чем я могу вам помочь?

— Мне нужна кровь снежной обезьяны, умерщвленной в третье полнолуние путем отсечения головы, — негромко ответил Тори. — Толченый зуб единорога и две унции праха белой совы, сожженной на рассвете с соблюдением обряда «Последняя стрела».

Вербиус крякнул и потер переносицу.

— Странный комплект. Готовите бальзам «Синее небо»?

— Витаминный коктейль по дедушкиному рецепту.

— Да вы шутник, уважаемый. — Аптекарь постучал по клавиатуре компьютера. — Вы наемник?

— Давно в Тайном Городе?

— Не очень. — Тори подумал и протянул правую руку. — Исмаил.

«Проклятье! Я ведь не соврал!» Седой аптекарь действительно вызывал приязнь. Такую же, как старый торговец рыбой на рынке в Токио, куда маленький Тори бегал в свое время…

— Вам повезло, Исмаил, у меня есть все, что нужно. — Вербиус направился в подсобку.

«Они враги! — едва не крикнул сам себе вакагасира. — Это твой враг!!»

Но эта мысль почему-то не вызвала тех эмоций, которые накатывали на японца раньше, когда он только думал о встрече с нелюдями.

В его представлении эта встреча всегда рисовалась одинаково: честный поединок с разъяренным воином или монстром, типа кицунэ, или… Тори не смог представить, что он дерется с Вербиусом. Не мог, и все.

Дверь аптеки распахнулась.