Куколка последней надежды

— Воляна была в ярости! Только этим я могу объяснить ее проигрыш в полуфинале Кубка Дуэлей. Она так хотела встретиться с Мубой, что совершенно забыла подготовиться к схватке.

— И командор ее выбил.

— И сам получил от хвана по полной программе.

— Нет, ребята, вы как хотите, а я буду ставить на Мубу. Я не люблю четырехруких, но этот парень молодец, он должен победить Лунатика!

В аптеку шумно ввалились три белобрысых здоровяка и, увидев японца, мгновенно замолчали.

— Добрый день, господа! — поприветствовал их появившийся Вербиус.

 — Обсуждаете Турнир?

Один из людов покосился на Тори, но эрлиец махнул рукой:

— Здесь все свои, Чернослав. Уважаемый Исмаил — наемник.

— А-а… — Белобрысые посмотрели на японца, и тот, кого старик назвал Чернославом, поинтересовался: — На кого работаешь, чел?

— На того, кому это по карману. — Тори проверил принесенные аптекарем порошки, кивнул, дождался, пока тот упакует их в пакет, и взял его в руку. — Сколько я должен?

— Триста шестьдесят.

— Я заплачу наличными.

— А у тебя есть карточка «Тиградком»? — отчего-то насторожился Чернослав.

— А вы из налоговой инспекции?

— Мы бы хотели посмотреть на нее.

Вербиус, пересчитывающий банкноты, бросил быстрый взгляд на японца.

— Я тороплюсь. — Вакагасира спокойно забрал сдачу и повернулся к двери.

— Покажи свою карточку, чел. Мы дружинники Измайловского домена, и это официальное требование Зеленого Дома!

— Чего ты пристал? — попытался успокоить Чернослава спутник, но тот упрямо качнул головой:

— Сегодня ночью какой-то азиат отправил в больницу гиперборейскую ведьму.

Я впервые вижу этого чела и хочу проверить его карточку.

Тори сделал маленький шаг к двери и должен был упереться в широкую грудь двинувшегося ему навстречу Чернослава, уже напряженного и готового оттолкнуть малорослого чела. Столкновение произошло, но его последствия были крайне неожиданны: белобрысый здоровяк непостижимым образом взмыл в воздух и грузно рухнул на пол, врезавшись головой в прилавок.

Второй люд получил коварный удар в пах, согнулся от боли, и два следующих удара ногой отправили его в нокаут. По-настоящему среагировать успел лишь третий дружинник, успевший выхватить пистолет и даже навести его на японца. Однако уже через мгновение в его руке остался только жалкий обрубок оружия: тонкое лезвие меча разрезало вороненую сталь пистолета на две половины, с необычайной легкостью пройдя через ствол и механизм.